Научные эксперименты наедине, спектакли травяной тематики, затяжные прогулки в зарослях дикой сливы… В переводе на человеческий, помолвка — это очень долго. Некоторые не дожидаются.

Варда добра к молодым. Влюблённые могут скрепить брак на ложе, отдав нареченной подвеску, так коротать помолвку становится легче. Вот только обратного хода нет. Можно разорвать помолвку, вернуть подвеску нельзя. В одностороннем порядке нельзя.

Возврат подвески — юридическое и скреплённое двумя тотема действие, и положа руку на сердце, Ясмин с трудом верила, что нетерпеливый Верн соблюдал предсвадебный целибат.

"— Я не дарил ей подвеску, — напряжённо опроверг Верн, словно услышав ее мысли. — Я мерзавец, а не дурак. Мать бы не позволила мне.

Его лицо сделалось незнакомым и пустым, и он снова напомнил Ясмин Абаля.

— Это ты так говоришь, дружочек, а токмо тебе одному выгода от девкиной смерти.

— Неправда, — совершенно по-детски обиделся Верн. — Мальва — унаследовала бы от матери членство в Большом совете. Место в Совете получить непросто даже при существенных заслугах, а ее тотем ослаб, потерял былую силу. Вот за это можно убить.

Ясмин против воли задумалась. Это более существенная причина для убийства.

— Место, скорее всего, получу я, — она устало потёрла лицо руками. — Но у меня алиби. Я два месяца была в коме.

— Да и не знал никто, что ты оттяпаешь себе место в Совете, — поддержал Хрисанф.

Ситуация становилась безвыходной. Самый простой способ доказать виновность Верна — перевести стрелки на другого возможного виновника. То есть, на себя. А на себя Ясмин ничего переводить не хотела. Она хотела бы помочь Верну, но не такой ценой. Но что хуже, та, прошлая жизнь, оставленный в камере Англичанин, говорили только о виновности Верна.

— Как ты во все это ввязался? — с тоской спросила Ясмин.

— Мать долбила помолвкой, то одну ей невесту подай, то другую, год перебирала, пока я сам Мальву не встретил, — Верн устало смотрел на нее, не пытаясь спрятать взгляд. — Она была нормальная. Не давила, не пыталась быть остроумной, не лезла с заумными разговорами, не лгала. Я ей нравился.

Он не сказал «она мне нравилась», сказал «я нравился ей». Эгоист даже в смерти. Верн — побитый грозой цветок, Верн, не любивший Мальву, Верн, сожалеющий о ее гибели.

— Как я помогу? Соберу птичий слух, который растёт в саду тотема Абельмош? Или отыщу около покоев Мальвы незамеченный чёрный глаз, который запрещено высаживать на территории Астрели?

— Абельмош непростой, там не засаживают ни птичий слух, ни чёрный глаз. Сплошные розы и аптекарский огород, из их тотема выходят приличные врачи, — с удовольствием сообщил Хрисанф.

Ясмин помолчала. Ей просто ничего не приходило в голову.