Трогает груди, плечи, живот, гладит волосы… Но не разворачивает. Так и стою к нему спиной.

Правильно… Только так. По-другому сейчас невозможно. Смотреть в глаза друг другу – невозможно… Потому что взгляды, полные обиды и боли, режут похлеще бритвы.

Кирилл ползет ладонями по моему дрожащему животу, судорожно дергает пуговицу шортов и тянет бегунок молнии. Одежда падает к ступням, а его ладонь накрывает лоно. Меня обдает волной стыда, когда его настойчивые, твердые пальцы касаются влажных складок. Сама мысль, что спустя три года меня трогает там Кир, ошеломляет… Он размашисто растирает влагу, хоть это и не требуется – я, как кошка мокрая… Давай же, трахай меня, чего ты медлишь? Чего ждешь?

– Ммм… Не надо…

– Что «не надо»? – спрашивает он, а я не узнаю его голоса – в нем смесь страсти и безумия. Наверное, в глазах – то же самое…

– Просто возьми. А я…

– Понимаю… С Царевым привыкла кончать, а тут я… Неувязочка.

И так это больно звучит. Я губы кусаю, чтобы не заорать в голос. Так мне обидно от его обвинений. Гребаной уверенности в своей правоте. Внутри гнев кипит. Кажется, кожа становится тесной и не может вместить чувства. Того гляди лопнет. И кухня эта – просторная и светлая, давит, как картонная коробка…

– Да. С ним я сладко кончала. Очень сладко! Как пулемет…

Кир молчит. Слышу, как от злости клацают его зубы, рвется упаковка от фольги. Он наклоняет меня к холодной столешнице и заполняет на всю длину.

– А-ах…

Расслабляюсь, мечтая, чтобы все это закончилось, но Кир резко разворачивает меня к себе, заставляя зажмуриться. Удариться о его взгляд – безумный, блестящий, как у сумасшедшего…

Но, вместо того, чтобы испугаться или отстраниться, я обвиваю его бедра своими. Вспыхиваю, как от пороха. Царапаю его сильные, широкие плечи ногтями, вдыхаю запах, как наркоманка… Глажу выступающие мышцы, покрытые испариной. Глаза закатываю, падая в пропасть безумия. Кир больно сжимает мои щеки и шипит в губы, не прекращая вбиваться в меня на всю длину:

– А теперь будешь мучиться. Тоже… сладко… С рогатым и ненавистным мужем.

Не буду я мучиться… Не знаю, что срабатывает триггером – его злые слова или энергичные, грубые толчки, горящий взгляд, пронизывающий меня, словно лазер… Оргазм, который он передумал мне дарить, накатывает волнами. Затапливает, отключая все на свете – разум, контроль, ненависть… Во мне не остается сил… Я всхлипываю и выгибаюсь под ним, пульсирую так сильно, что Кир останавливается, не в силах во мне двинуться. Молчит. Смотрит на меня. Словно сжирает эмоции. Я кусаю губы и зажмуриваюсь. Кир не выпускает меня из рук, чертыхается сквозь зубы и кончает следом. Сплетает наше удовольствие в неразрывную цепь… Затем тотчас отстраняется. Никаких поцелуев. Ни капли нежности.