Зачем он явился домой, когда я совсем не готова его видеть? Внутренне не готова… Да и внешне… Волосы еще влажные после душа, и белье на мне некрасивое – простенькие бикини в цветочек и такой же, видавший виды лифчик. Пусть только попробует хоть что-то сказать… Пусть только…

– Ой…

Отбрасываю нож, которым резала хлеб, и прикладываю палец к губам. Ненавижу Аристова! Почему я вся в нерв превращаюсь при виде него?

– Порезалась? Дай сюда...

Как ему удалось так незаметно подойти? Словно он крался или стоял неподалеку, наблюдая за мной… Может, и мысли мои слышал на расстоянии? Или стук сердца… Его хрипловатый тембр творит со мной что-то невообразимое: сердце начинает бешено плясать в груди, а по коже бегут колкие мурашки.

– Не нужно… Все в порядке, скоро пройдет.

Отдергиваю руку, но Кирилл не отпускает. Слизывает капельки крови с моего пальца и пристально наблюдает за моей реакцией. Боже… Боже… Раскрываю губы, чтобы возразить, но из груди вырывается позорный стон. И щеки пульсируют.

– Ужин, он… – слова застревают в горле.

– Потом ужин. Сейчас ты…

Кирилл отпускает мою ладонь и ловко сбрасывает с моих плеч кардиган. Гладит плечи, продолжая смотреть на меня.

– Не надо…

Не надо трогать меня после другой женщины, это слишком больно. Невыносимо, оглушающе. Но я не могу объяснить свои чувства – слова будто в стекло превращаются. Царапают горло, добавляя боли…

– Надо. Потому что я так хочу.

Кирилл разворачивает меня к себе спиной. Правильно… Незачем на меня смотреть. И мне видеть его так близко невыносимо… По коже словно ток проносится от касания его шероховатых пальцев. Все это время у меня никого не было, ни один мужчина меня не трогал… Никто… После расставания с Киром, я твердо решила больше не связываться с мужчинами.

Но сейчас дело вовсе не в длительном воздержании… В нем все дело, в ненавистном предателе, стоящим за спиной…

От него вкусно пахнет свежестью после душа и его запахом, который я так любила в прошлом. Он был моим миром, афродизиаком, заставляющим тело плавиться… Не от ласк – просто от того, что он рядом."

"Кирилл стягивает лямки старенькой майки, за ней следует лифчик. Стаскивает его к талии, выпуская на свободу мои груди. Помнит, как мне нравилось раньше… Царапает пальцами соски, слегка их сжимает и вытягивает. Мнет груди, обдавая мою шею горячим, прерывистым дыханием. Кир высокий, и я чувствую его дыхание даже на макушке. Ощущения ошеломительные – смесь дикой жажды и ненависти. Я не хочу его хотеть, господи! Не хочу. Ненавижу… Однако, взаимное неприятие только подогревает нас… И Кира тоже – чувствую бедром упирающуюся в меня твердость в его штанах. Дыхание, прикосновения – нетерпеливые, хаотичные, неуверенные… Он будто боится, что я испарюсь.