Поэтому, отец встретился с нашим королём, и своим братом, и предложил оформить договор отдельно, без привязки к другим соглашениям. Это будет всем выгодно. Думаю, что ваш Данион согласится. Они уже договорились встретиться завтра, после праздника, в Тирской резеденции. Так что, малышка, наша свадьба становится для короля выгодным делом. Ведь, если бы не мы, этот договор мог лежать неподписанным ещё очень долго. До какого-нибудь подходящего случая.

Мы оба замолчали и сидели обнявшись ещё некоторе время. Но, потом, вздохнув, я поднялась: — Надо идти. Всё-таки, я хозяйка. Ты со мной?

— Конечно. От тебя лучше не отходить, а то самое интересное пропустить можно. И мы отправились Пока на обед. А потом, на ярмарку.

* * *За столом, в парадной зале, нас была большая компания. Наша семья и Элина Веллиэн, семья Тейлоров, семья Крэгов, Ирвинг, Адриен, лесса Нэвидж. Мне очень понравились братья Мика. Такие же как он высокие, только младший чуть пониже. такие же мощые, только младший, чуть потоньше. И такие же баламуты, только младший чуть пошустрее. Ох, и попадётся кому-то это сокровище.

Гория сидела рядом с Ирвингом. И он незаметно и ненавязчиво ухаживал за ней, подкладывая на тарелку вкусные кусочки и подливая напитки. Сама Гория этого внимания, вроде бы, не замечала и с интересом прислушивалась к общему разговору.

А, вот, Тиллия, воспитанница Тейлоров, вызывала только насмешливую улыбку. Не смотря на сидящего рядом жениха, барона Улофа Гердена, она расточала улыбки и бросала призывные взгляды всем молодым людям, не обращая внимания были те с дамой или нет. В конце концов, даже герцогиня вынуждена была слегка одёрнуть её и призвать к приличиям.

Разговор за столом вёлся, конечно, о празднике. О легендах, сказаниях и примерах божественной помощи. Когда, Адриен, в который уже раз, рассказал о мужике, просящем за всех, кроме сватьи, кто-то из гостей спросил: — И как? Рут обошёл её?.

— Представьте, да, — и Адриен рассказал конец этой известной уже смешной истории. Оказывается, с женщиной стали происходить непонятные и неприятные вещи: то обед незадастся (а она — знатная повариха), то коровы молоко потеряют, то на огороде трава махом всё забъёт, хотя только что пололи. Помучилась, она помучилась- а историю-то с прошением все знали — и пошла к свату. Спрашивать, за что он так с ней поступил. Тот и ответил: за то, мол, что слишком гонора много. Смотрит на родню свысока, особенно, родню мужа своей дочери. Разговаривает, как-будто одолжение делает. дочь подзуживает против мужа. А, ведь, это — семья. Выслушала она. Ничего не сказала. А что тут скажешь, когда Рут ясно дал понять, на чьей он стороне. И ушла восвояси. Но, теперь, все заметили, что стала она сдерживаться в оскорблениях и унижениях.