— Я хочу нормальной семьи, Филинов.

— Окей, — бросаю. — Тогда будет тебе поединок. Но не за Гепару. Даже думать о ней не смей как о трофее.

— Тогда честная конкуренция, — кивает он. — И никаких ментальных фокусов, которыми ты, менталист, так любишь пользоваться.

Я приподнимаю бровь, голос становится холоднее:

— Ты сейчас намекаешь, что я промываю мозги своим женщинам?

Мои перепончатые пальцы! Похоже, прямо сейчас я всерьёз приближусь к тому, чтобы прикончить одного особенно зарвавшегося героя альвийского народа.

Феанор тут же отводит взгляд, будто понял, что полез в темноту без фонаря:

— Я не имел в виду твоих жен, менталист, — бурчит.

— Уймись.

— Вот и не надо, — отрезаю. — На этом закончим.

И ухожу, едва сдерживая желание врезать ему в лобешник чем-нибудь по примеру Змейки. Не за то, что он на Гепару глаз положил — это нормально. Она у меня и правда сокровище. Гибкая красотка, какую поискать и не найдешь. Но Феанор уже изрядно достал своими вечными наездами и обещаниями поединка, в котором он чуть было не выставил Гепару в роли трофея для победителя. Гепара — член моего рода, а за свой род я порву.

Захожу в сруб, где обычно собирается группа «Тибет». Бойцы играют в карты. Веер первая замечает меня и говорит, приподнимая бровь:

— Дорогой, ты чего такой раздражённый?

— Да так… Просто альв в штате появился слишком разговорчивый.

Она не успевает уточнить, как сама же замечает:

— Кстати, дорогой, Паскевич с Семибоярщиной что-то долго шептался. Похоже на подставу.

— Конечно, так и есть, — киваю без особого удивления. — Всё под контролем. Я пока не знаю, в чём именно заключается ловушка, но в этом и смысл — дать Паскевичу свободу действий.

Туда, куда он укажет, и будет её центр.

Фирсов хмурится. Взгляд настороженный:

— Что делать собираешься?

— Думаю, тебе пора надеть кольцо из мидасия, учитель, — достаю из внутреннего кармана очередной вассальный перстень, что мне передал Гумалин. — В пылу боя мне нужно будет контролировать твои позиции. Ради безопасности всего отряда.

Фирсов прищуривается:

— Это то самое кольцо, которое ты используешь для связи со своими жёнами?

— Это конкретно — с вассалами, — замечаю.

— Ну, извини, Филинов, — качает головой старик. — Твоим вассалом я не стану.

Мне нельзя раскрывать тебе родовые знания старого ликвидатора. А кольцо даст тебе доступ к моим ментальным щитам.

— Понимаю, — киваю. — Но тогда мне нужен связной среди вас. Кто-то, кто сможет координироваться через мысленный канал. Это может спасти жизни.

— Я наёмница на зарплате, — грустно бросает Веер. — У меня контракт с Охранкой. Пока не истечёт, не могу входить ни в чьё вассалитетное поле. А жаль, дорогой, — вздыхает она.

— Я надену, Филинов, — вдруг подаёт скрипучий голос Мерзлотник.