На нем были синие джинсы и футболка с Лениным. Почему с Лениным – понятия не имею.

– Заметь, я постучал, – сказал он, едва заметно улыбнувшись. Я сразу вспомнила его дефиле в стиле ню.

– Заметила, – грубовато сказала я.

– Короче, Сеня, я имею, что тебе сказать. Давай начистоту. Мы оба хотим, чтобы родители уехали. Оба будем использовать это время по максимуму, и оба будем друг другу мешать, – он выжидательно посмотрел на меня.

– Согласна, – я кивнула, хотя и настороженно.

– Предлагаю: давай заключим перемирие. На этой неделе особенно, покажем им, что мы ради них готовы пойти на уступки.

– Согласна! Только у нас еще одна проблема, – черт, как быстро меняется ситуация, только что мы были врагами, и вот уже союзники, – бабуля…

– О-о-о-о, бли-и-и-ин, ладно… С этим придумаем, что делать. Пока вопрос с бабулей не поднимай, покажем, что мы супердружные ребята и они не вспомнят про нее.

– Они не поверят, что мы ни с того, ни с сего дружными стали… – сказала я, усаживаясь на кровать. Андрей сел на стул у компьютерного стола. – Кстати, они где? А то увидят нас вместе, точно не поверят…

– Телик смотрят, ремонт какой-то там… Ладно… будем дружными в меру… Но это еще не все…

Я заинтересованно посмотрела на него.

– Ну?

– Пока их не будет, заранее предупреждаем друг друга о вечеринках, – он многозначительно посмотрел на меня, и откуда знает? – и о гостях… кхм… в целом…

– Ясно. Я должна буду предупредить тебя о пьянке со студентами, и ты мне не будешь мешать и не стуканешь, а ты предупредишь меня о своих… кхм… гостях и я не стукану…

– Именно! Какая ты понятливая… иногда…

– Не борзей, братишка…

– Перемирие, сестренка, перемирие, – сказал он, поднимая руки. Потом поднялся, чтобы выйти из комнаты.

– Андрей!

Он обернулся.

– А почему ты просто не снимешь квартиру? Мне дико интересно! Вот будь у меня деньги, я бы давно свалила, чтоб не жить с такой сестрой, как я. Да и вообще, чтоб иметь возможность водить … кхм… гостей…

– Я снимал. Потом взял машину в кредит.

– Понятно, – я вздохнула, – теперь рассчитываешься?

– Уже. Коплю на первоначальный взнос на квартиру, потерпи, осталось месяцев шесть, – ответил он, ухмыляясь, и вышел из комнаты.

Я посмотрела на закрывшуюся дверь. Хм! А это будут интересные десять дней.

Весь день я провела у компа, сначала подготовила доклад по философии, потом помогла маме приготовить ужин. По телику шли старые фильмы, от которых мамуля без ума. Так что, когда я чистила картошку, а из телевизора слышалось:

– Опять хвастаете Гордей Гордеич?

Мы с мамой хором отвечали:

– Не буду, не буду, Галина Ермолаевна…

Папа смотрел то же самое в зале и выкрикивал свои комментарии оттуда. Андрея дома не было. После ужина, после всех домашних дел, я уселась смотреть сериал 'Красавица и чудовище'.