Да, он не красавчик, но не урод же, в конце концов! Обычный, каких тысячи в России! И в него легко можно влюбиться! А почему бы и нет? Человек сам чего-то добивается в жизни, старается, скоро квартиру купит… Вот Сашка мой лучше в солярий сходит, например. Это тебе так, для сравнения. Чтоб ты поняла, какие у Андрея плюсы.

– Не говори мне про его плюсы, – еще грустнее сказала я, – и без тебя их все наизусть знаю. Самый прикол в том, что и минусов-то не вижу в нем никаких.

– Вот и отлично!

– Чего отличного-то? Я вела себя, как дура, еще и клуб этот… Кстати, подруга, вы на кой черт для меня хвостатого ведущего позвали?

– Да это Саша… ну, изначально он для меня предполагался, понимаешь? А потом мы с Сашей… ну и он сказал, что тогда с тобой надо его познакомить.

– Нда? А ты не подумала, что вот это вариант уж точно антивариант, ну, для меня, по крайней мере…"

"– Да я не думала, что придет именно этот Руслан из трех! Что ты натворила, лучше скажи, почему ревела-то? Глаза вон красные и отекшие…

Я тяжело вздохнула и принялась повествовать все с самого начала. Больше всего Насте понравился момент про таз. Она просила раза три, чтоб я повторила, как он упал на Андрея. Когда моя история близилась к концу, я услышала звук, открывающейся двери.

– Андрей… – прошептала я Насте. Она мне махнула, мол иди к нему. Я уже было приподняла тело над табуретом, как услышала голоса в прихожей:

– Заходи-заходи, не стесняйся… Давай свое пальто…

– Ой, каа-а-а-кой котик….

У меня лицо скосило, будто я половину лимона зажевала. Так. Андрей пришел домой с девушкой. Учитывая, что я его единственная какая-никакая сестра в этом городе, то она явно не родственница. Мы с Настей уставились друг на друга. Я плюхнулась обратно на табурет. В это время моему взору в конце коридора предстала мадам Брошкина. По-другому я не могу сказать. Ну, учитывая, что во мне поднялась дикая волна ревности, пусть скажет спасибо, что я ее не обозвала плохой кличкой какой-нибудь. Девочка была беленькой, эдакая мышь-полевка. Но на этом сходство с мышкой заканчивалось. У нее было круглое лицо, покатые плечи, покатые бедра. Ей бы родиться в восемнадцатом веке, вот бы зарабатывала-то профессией натурщицы. Все художники Парижу валялись бы у ее ног, только бы разрешила мраморно-круглое плечо нарисовать. Но самой фишкой был ее нос. Он был смешной и курносый. Вся картина в целом не была пугающей, такая милая улыбчивая девчушка из сказки. Ее под елку посадить и чтоб ждала Морозко. Интересно, как ее зовут?

– Привет! Меня зовут Есения! – громко сказала я и замерла в ожидании.

– Привет, – она застенчиво улыбнулась, – а меня Алена…

Етит… Аленушка… Она еще и Аленушка…

– Привет! – кивнула ей Настя.