Я сочувствую. Очень!

– Не верю, но продолжу. Во-вторых, я хочу котлету, а лучше две. В-третьих – это по порядку, а не по значимости, – хочу, чтобы ты этих жуликов засудила! В-четвертых, не говори Сеньке, что эта школа жульническая, не надо его расстраивать. В-пятых, не говори Таганцеву, что я не прислушалась к его предупреждению, скажи, я отнеслась к нему со всей серьезностью, но было уже поздно.

– Стоп, стоп! Все принимается, кроме желания номер три.

– Про котлету? – Натка сбилась со счета.

– Да будет тебе котлета! – Я встала и проверила, что там, на сковороде. – Готов ваш ужин, можешь звать Сеньку… Через минуту, сначала я договорю про твое желание номер три.

Я переложила котлеты со сковородки на блюдо и погрозила сестре замасленной лопаточкой:

– Ты прекрасно знаешь, что я никого не могу засудить.

– Да-да, ты можешь только вынести справедливый приговор…

– …по делу, которого в данном случае нет и не будет! – договорила я.

– Почему это не будет? – Натка насупилась. – В семье и опер, и прокурор…

– Так, давай разбираться. – Я положила лопаточку и снова села за стол. – Ты заключала договор с учреждением образования?

– Чего?

– Договор, говорю, подписывала? – Я начала сердиться. – Бумагу такую, с подписями и печатями, где оговорены все условия, на которых тебе, вернее, твоему сыну должны оказать определенные образовательные услуги?

– Не подписывала. А надо было? Мне и не предлагали.

– То есть вы исключительно на словах договорились, так?

– Почему на словах? Я заявление писала о приеме на обучение и курсы выбирала по списку, галочки ставила…

Натка и сама поняла, что говорит ерунду, поэтому пристыженно замолчала.

– Курсы Сенька все прошел?

– Да! – Сестрица снова воодушевилась и потянулась за отложенной на подоконник бумагой – свидетельством о полученном образовании.

Мы так и не решили, считать его филькиной грамотой или каким-никаким документом. То есть я-то со своим мнением определилась сразу, как только не обнаружила на бумажке серии, номера и живой чернильной печати – она была родом из принтера. А вот Натка еще думала, выбросить свидетельство в мусорку или вставить в рамочку и повесить дома на стене над Сенькиной кроватью.

– Вот, смотри! – Натка перевернула свидетельство и продемонстрировала мне табель на обороте. – Это список курсов, пройденных Сенькой, с оценкой за каждую дисциплину. Ты смотри, смотри, не отворачивайся! Видишь, сплошные пятерки!

– Тогда какие претензии к этой школе? – Я достала из шкафчика тарелки. – Курсы, которые ты выбрала и оплатила, ребенок прошел…

– Не полностью! Последнего занятия по пластике у него не было!

– Это ерунда. – Я щедро наполнила тарелки.