На этом знакомство с кадром округа закончилось. Ялозо на правах старшего почтительно поинтересовался у Лыкова:

– Изволите поглядеть городок? Ваш экипаж ожидает на пристани.

Сыщик чуть было не согласился, но вовремя заметил лейтенанта Степуру. Тот из-за спины чиновников подавал ему какие-то знаки.

– Минуту…

Он подошел к старшему помощнику. Степура кивнул на полуоткрытую дверь буфета и красноречиво щелкнул себя пальцем по горлу.

– Господа! – объявил Лыков. – Мы предварительно познакомились. А теперь пароходное начальство приглашает вас угоститься.

Лица сахалинцев сразу приобрели мечтательно-одобрительное выражение. Словно школьники, дождавшиеся перемены, они гурьбой ринулись в буфет. Там к их приходу уже все было готово. На табльдоте красовались бутылки с водкой и рябиновой настойкой. Их окружали нарезанный кусками поросенок, холодная осетрина, горячая ветчина, жареная стерлядь, балык… Особняком стояло большое блюдо паюсной икры на подушке изо льда. На нее островитяне накинулись в первую очередь.

– Ах! С осени не ел родимую! – с набитым ртом прорычал Шелькинг. Следом нацелился Акула-Кулак, но его бесцеремонно оттер Ялозо. Тут через его плечо вытянул руку капитан Кусанов и схватил тарелку. Ялозо взялся за свой край, но к капитану присоединились поручики, и в итоге армия победила… За спинами других застенчивый Фельдман кротко дожидался своей очереди.

– А вы почему не угощаетесь? – спросил Лыков поощрительно.

– Я утром кушал… не хочется…

– Так давайте со мной по рюмочке!

Степан Алексеевич замешкался, но Ялозо сзади хлопнул его по плечу:

– Раз начальство велит, надо пить!

– Вы не употребляете водку? – догадался надворный советник.

– Стараюсь, ваше…

– Алексей Николаевич, – мягко поправил его Лыков.

– …Алексей Николаевич. Здесь только начни – и мигом осахалинишься. Боюсь.

Тут налетели сразу трое: Шелькинг, Ялозо и Кулак. Фома Каликстович заявил, обнаружив неожиданное знакомство с трудами Гоголя:

– Не любишь нас, черненьких? Тебе все беленьких подавай? Эх, Степан! А ведь твой батька смотрителем был. Настоящий сахалинец! под нарой вырос… А ты? Брезгуешь нашим братом!

«Майор» хотел что-то добавить, но Лыков вполголоса приказал:

– Отставить!

Чиновники тотчас вытянулись во фрунт.

– Степан Алексеевич, подготовьте мне доклад об обстановке в округе. Я вернусь от генерала и заслушаю. Нам с вами придется много работать вместе.

– Слушаюсь! – отчеканил повеселевший секретарь. Его противники тут же отвернулись и начали молча разливать водку."

"Сзади кто-то осторожно тронул Лыкова за плечо. Это оказался капитан «Петербурга».

– Господин Лыков! Можно вас на два слова?

Они вышли из буфета, и капитан сказал:

– Мы всегда угощаем здешних чиновников на счет Добровольного флота.