Голдльюис не станет задавать неудобных вопросов, а я буду знать, что рядом есть человек, которому можно доверить спину в бою.

* * *Леон Монтильяр шел через развалины древнего города, оставляя за собой кровавый след. Его доспехи были изорваны когтями монстров, левая рука висела безжизненно, а из глубокой раны на боку сочилась кровь.

После того как гигантская каменная стена разделила экспедицию, он оказался совершенно один. Судьба распорядилась так, что именно его отбросило на тот маршрут, которым изначально должна была идти вся группа к центральному храму.

И он добрался первым — но какой ценой.

Монстры атаковали его непрерывно. Стаи крысоподобных тварей, гончие Тиндала, что-то похожее на гигантских многоножек с человеческими лицами. Он сражался до изнеможения, тратил магию почти без остатка, несколько раз едва избегал смерти."

"Но дошел. Выжил. И теперь стоял перед входом в то место, ради которого была организована вся эта экспедиция.

Храм поражал воображение даже в полуразрушенном состоянии. Его архитектура не подчинялась никаким известным канонам — углы были не просто неправильными, они казались враждебными человеческому разуму.

Колонны росли из земли под невозможными углами, а стены изгибались так, что болели глаза, если смотреть на них слишком долго.

Размеры сооружения были циклопическими. Главные ворота возвышались на добрых пятнадцать метров, а сами двери могли бы пропустить небольшую армию. Все было покрыто теми же извилистыми символами, которые встречались по всему городу, но здесь их было намного больше, и они образовывали сложные узоры, от созерцания которых начинала болеть голова.

Леон толкнул массивную дверь, ожидая сопротивления, но она подалась на удивление легко.

Внутри царила абсолютная тьма, нарушаемая лишь слабым свечением его ледяной магии.

Главный зал храма был еще более впечатляющим, чем внешний вид здания. Потолок терялся в тени на высоте в несколько десятков метров, а стены украшали барельефы, изображающие сцены, которые не укладывались в сознании. Существа с множеством глаз и щупалец, города из плоти и костей, звезды неправильной формы над морями крови.

Но самое поразительное находилось в центре зала.

Алтарь поднимался на каменном постаменте, окруженный концентрическими кругами из того же темного камня, что и стены. А на самом алтаре покоился кристалл.

Огромный, размером со взрослого человека, он пульсировал тусклым светом, который, казалось, поглощал окружающую тьму, делая ее еще более плотной. Кристалл был не прозрачным, а словно заполненным дымом или туманом, внутри которого время от времени проскальзывали неопределенные тени.

От него исходила аура такой силы, что дышать становилось трудно.