Вождь лично зачерпнул глиняной кружкой пойло и с кровожадной улыбкой вручил ее конгрессмену. Потом повторил действо и осчастливил напитком представителя концерна. Себе вождь выбрал кружку раза в два побольше и наполнил ее до краев. Лица гостей явного восторга не выражали. Похоже, прием пищи в антисанитарных условиях в их расчеты не входил. Переводчик, снующий за спиной вождя от одного к другому, что-то шептал им на ухо. Несомненно, он убеждал, что гостям необходимо соблюдать традиции местного гостеприимства.

Подняв над головой кружку, вождь прорычал что-то грозное и торжественное, на что воины племени издали дикий рев.

Плеснув капельку жидкости под ноги, видимо, выполняя какой-то ритуал, остальное вождь залпом влил в себя. Ни представитель бизнеса, ни законодатель не решились последовать примеру хозяина. Только старания переводчика и подозрительно холодный взгляд вождя в их сторону убедили гостей, что в кружках не отравленное зелье и что для дела иногда требуется совершить подвиг. Так же плеснув на землю из кружки, причем большую часть налитого, сначала конгрессмен, а потом и представитель никелевого концерна влили в себя напиток. О том, что это совсем не виски, можно было судить по их скорбным физиономиям.

По второй вождь сразу не предложил. Он благосклонно кивнул гостям и, взяв в руки банан, махнул им воинам, стоящим кругом перед навесом. Ансамбль песни и пляски племени, потрясая копьями и вздымая пыль, исполнил лихой групповой танец, видимо, выражающий общий восторг взаимопонимания и единения народов всего мира.

Конгрессмен наклонился к переводчику, о чем-то спросил его, выслушал ответ и явно расстроился. Переводчик несколько раз указал на костры, у которых трудились женщины племени.

Над кострами висели закопченные котлы, и в них бурно кипело какое-то варево. Леон с большим интересом, но издалека оглядел суету, несомненно означающую приготовление горячих блюд. Законодатель явно спешил, банкет только-только набирал силу.

Вождь Аннабалигани еще пару раз зачерпывал себе и гостям из тазика, после чего воины исполняли очередной энергичный танец с копьями. Самое интересное, высокие гости по третьему разу уже как бы и благосклонно приняли угощение. Морщины на цивилизованных лбах разгладились, и бананы, которыми они закусывали выпитое, игриво раскачивались кожурой в такт замысловатому ритму, отбиваемому барабанами.

Один из кипящих котлов сняли с костра и бережно поднесли к навесу. По очередному рыку вождя женщины аккуратно выловили овальные кусочки мяса, уложили их на плоское глиняное блюдо и с поклоном поставили на стол. Котел унесли назад к костру.

Вытянув из-за пояса обоюдоострый широкий нож, вождь наколол им мясной шарик, плотоядно осмотрел его и сунул под нос конгрессмену.