И молодежь наша из отделения тебя уважает, не знаю уж, чем ты их там приворожила, они темнят что-то… А! – Карп Савельевич хитро улыбнулся в усы. – Догадался! Ты у них тоже чего-нито выспрашивала и обещала потом в книжку включить. Так? Признавайся – я старая ищейка, меня не обманешь!

Я жалко улыбнулась и сильно растерла ладонями виски и надбровные дуги. Очень хотелось просто молча встать и уйти. Обижать участкового не хотелось совсем.

– Карп Савельевич, я не собираюсь писать детектив про маньяка. И вообще ни про что. И сейчас я спрашиваю вас абсолютно серьезно и без всякого подвоха: выгодно ли участковому милиционеру самому раскрыть серьезное уголовное преступление, совершенное на его «земле»? Или, кроме хлопот, ничего не будет, а вся благодарность ограничится грамотой и отметкой в приказе?

Карп Савельевич надолго задумался. Видно было, как в его голове тяжело ворочаются булыжники готовых схем. Наблюдая за ним, я почему-то вспоминала, как, готовясь к конференции, носили информационные стенды по коридорам научно-исследовательского института, в котором я когда-то работала.

– Почему же ограничится? – размышляя вслух, сказал наконец Карп Савельевич. – Такое редко бывает, конечно, потому что там все-таки бригада, и все такое… Но… звание могут дать… или жилищные условия улучшить… Что еще?

– А вам что нужно, Карп Савельевич? Звание или жилищные условия? – быстро спросила я."

"– Полуполковником мне уж не бывать, наверное… Майора только недавно, считай, дали… Старый я и не карьерист… А вот квартирку нам с женой на старость… Дочки-то взрослые уже… – вздохнул Карп Савельевич. Как я и надеялась, оперативная сообразительность участкового не сильно отличалась от таковой у Дашки. Думая о чем-то одном, важном для него, он не мог одновременно анализировать другое и удивляться третьему. – Да… Мечтать, как говорится, не вредно…

– Карп Савельевич, если вы меня теперь выслушаете и мне поможете, то квартирка от вашего Управления – не мечты, а вполне возможна. И не на старость, а прямо сейчас.

– Чего это ты, интеллихенция, несешь? – строго спросил участковый, нахмурив брови. Выпав из розово-мечтательных сфер и осознав весь наш дурацкий разговор разом, он, как я и ожидала, сразу рассердился.

– Карп Савельевич, вам, наверное, надо будет кое-что записать, – предупредила я.

Милиционер, продолжая хмуриться, достал потрепанный блокнот, обернулся в сторону таракана за стойкой и крикнул:

– Равен, еще пива! И сока для женщины!

* * *Мягкий снег падал на деревья и дорожки. На двух легковых машинах и одном микроавтобусе, припаркованных по краю аллеи, лежали толстенькие пушистые одеяльца. Молодые елочки поуютнее укутывались в снежные пелеринки.