— Я заряжу батарею полностью, но если тебе понадобится использовать медицинскую капсулу, а энергии будет недостаточно — дай мне знать. Я сразу же приеду и всё пополню.

Я знала, что Талира прожила почти всю жизнь в состоянии, в котором многие не выживают, и подозревала, что не все её проблемы со здоровьем закончились. Тем более, магия, которая, как оказалось, была у герцогини, в самой девушке так и не проснулась.

— Спасибо. С этими постоянными поездками сюда я уже почти перестала бояться Ордена Первородной. А ведь раньше мне казалось, что страшнее их нет никого.

— И почему они перестали пугать тебя? — с любопытством спросила я.

— Я поняла, что они слишком любят деньги… в основном деньги Тео, но и мои тоже — чтобы всерьёз копать под нас. А теперь и вовсе вся северная Ксин’тера нас боится и считает, что мы пойдём на многое.

— Почему?

— Потому что мы поглощаем земли моего собственного отца, графа Керьи. Одну деревню за другой — выкупаем, загоняем его в долги… — казалось, произнося это, герцогиня испытывала настоящее удовольствие.

— Твои отношения с отцом не задались? — хмыкнула я.

Вообще-то, Талира не обязана ничего мне рассказывать, но я была очень благодарна за то, что она чуть открылась. Герцогиня решила поделиться частью своей жизни — той, что касалась её матери. И именно тогда я поняла, почему хранилище данных отозвалось на неё, почему она смогла открыть ковчег с Целесте.

Мать Талиры, женщина по имени Айгис, похоже, была одной из изначальных землян — её разбудили из криосна как часть одного из экстренных протоколов, так же, как и доктора Ларссона. Но Айгис погрузили в сон ещё в детстве, и, вместо того чтобы привести колонию к светлому будущему, Айгис… влюбилась в графа Керьи, аборигена, врага землян. Тот уже тогда был женат, но «забыл» рассказать об этом потрясающе яркой и красивой землянке, которую встретил случайно.

— Ай! — прошипела я сквозь зубы, почувствовав резкий спазм в животе. Никогда раньше такого не испытывала.

— Всё в порядке?

— Да, просто странно себя чувствую. Извини, продолжай.

— Моя мать умерла при родах, но в тот момент она была уверена, что рожает в законном браке, признанном Первородной… Что с тобой?"

"Талира заметила, как я всё сильнее морщусь, а я и сама не понимала, почему мне так плохо. Словно всё внутри скручивалось в болезненном спазме, который все нарастал, как пружина, и после наступало краткое облегчение.

— Похоже, ваша капсула заразила меня чем-то, — пошутила я, скручиваясь от очередного спазма и рассматривая свой живот… и только тогда заметила свои штаны. — Кровь…

Герцогиня присвистнула и, неожиданно довольно улыбнувшись, с силой хлопнула меня по плечу. Для такой хрупкой девушки, как она, удар получился удивительно сильным.

— Поздравляю, Даниэла.