— Я бы хотела поговорить, пока Лешик спит, — пробурчала она, присаживаясь на краешек дивана. — Вы давите на меня, Сергей Юрьевич, — спокойно заявила она, а Кирсанов чуть не поперхнулся от подобного нахальства.

«Я на нее давлю! Вот новости какие!»- в сердцах подумал он, но смолчал. Сказались долгие годы службы: когда начальство излагает- держи язык за зубами.

— У меня ощущение, — продолжала Александра, — что вы меня будто дичь загоняете. Что-то неправильное происходит, а вы мне не помогаете разобраться.

— Что? — опешил он. — Да я только и делаю, что решаю твои проблемы.

Но сам никак понять не могу, кто стоит за покушениями. Личность заказчика пока не установлена. И если Мормон…

— Я не за этим пришла, Сергей Юрьевич, — остановила его она. Кирсанов внимательно всмотрелся в серьезное личико, немножко бледное без привычного макияжа, осторожно перевел взгляд на грудь и чуть не застонал от разочарования. Вместо идеальной груди из-под тонкого шелка прорисовывались складки ткани.

«Пижама или ночная рубашка, — приуныл Кирсанов и искоса глянул на щиколотки, выглядывающие между чуть разошедшимися полами халата.

 — Как занавес в театре, — хмыкнул Кирсанов. — Только сегодня ждать представления не приходится!»

— Я не совсем понял, — опешил он, а она замялась.

Эта девчонка явно играла не поправилам. Выводила его из себя выдержкой и отсутствием обычного набора дамских заморочек. Глазки не строила, глупышкой не прикидывалась, не просила прикурить, даже обнаженкой пренебрегла.

«Хоть бы ножку голую вперед выставила, — сварливо подумал Кирсанов. — Я бы не возражал. А лучше бы топлес явилась. В маленьких стрингах… на каблуках… Остынь, слышишь», — мысленно предупредил он сам себя и добродушно заметил:

— Санечка, давай обойдемся без политеса.

Поделись, что тебя мучает, а я постараюсь помочь.

— Я не знаю, Сергей Юрьевич, — тихо, но четко изрекла она. — Мне не совсем удобно задавать вам такие вопросы, но больше спросить не у кого. А вы настоятельно зовете меня замуж. Я понимаю, что это из-за Леши, но тем не менее.

— Что именно тебя интересует? — напрягся Кирсанов, подобных допросов от дам он старался избегать.

«Сейчас начнется «где и когда вы родились?», — в глубине души насторожился он, пытаясь заранее догадаться, что именно она может спросить.

 — Про семью? Бывших жен? Внебрачных детей?»

Отвечая на первый вопрос, он давным-давно научился съезжать с темы.

«Детдомовский я, сирота казанская!»

— Какие у вас были отношения с Дашей? — прямо в лоб шарахнула Александра. — У нас разница два года, но мы мало обсуждали своих кавалеров. Наверное, так нас воспитали, — пожала она плечами. — Я узнала о вашем существовании примерно за три месяца до рождения Леши.