Николай Васильевич молча уставился на сыплющиеся с небес снежные хлопья и задумчиво бросил:

— Ты же понимаешь, что если сейчас будешь работать как ни в чем не бывало, то это приведет к отставке. Выпрут под зад коленом. А я против. Ты мне еще здесь нужен.

— Отправьте меня в отпуск, Николай Васильевич, — хмуро предложил Кирсанов. — Там, наверное, лет за пять накопилось. А это прямое нарушение законодательства.

— Напиши жалобу в трудовую инспекцию, — фыркнул Гоголь. — Повесели публику, Бек!

— Заявление на отпуск напишу задним числом и уеду к сыну. А общественности объявите, что обязанности командира «Секиры» временно возложены на генерала Бердянкина.

— Он тоже под подозрением у следствия, — рыкнул Егоров. — Как бы вас вообще не расформировали к чертям собачьим.

— Почему, бать? — зло ощерился Бек. — «Секиру» сдавать нельзя. Пусть я в отставку уйду.

— Да подожди ты! — не выдержал Егоров и чуть прихрамывая заходил по комнате. Кирсанов молча следил за шефом — крепко сколоченным стариком с коротким ежиком седых волос и красным от возмущения лицом.

«Были когда-то и мы рысаками, — с болью подумал Кирсанов.

 — Раньше Гоголь и поворотом головы не выдал бы беспокойство. А сейчас поди давление долбануло. Плюс диабет и осколочное ранение в ногу. Батя, батя, — мысленно обратился он к Гоголю. — Живи вечно!»

— Ладно, — пробурчал недовольно Егоров. — Коса отправлю в Венесуэлу. Командование «Секирой» возьму на себя. А ты, Кирсанов, вали в свой отпуск и не отсвечивай, — рыкнул он. — Только адрес оставь, чтобы могли тебя найти. Сам понимаешь, что внутреннее расследование мы все равно обязаны провести.

— Так точно! — отрапортовал Кирсанов, да еще под козырек взял.

— Да, — кивнул Егоров. — Отпуск — хорошая идея. Хоть привилегий пока не лишишься. Машина, охрана…



— Так точно, — повторил Кирсанов, сдерживаясь, чтобы не заорать.

«Ну какие привилегии на фиг! Когда из-за каких-то придурков вся жизнь летит под откос. Машина, блин! Так вон своя в гараже пылится! Охрана мне тоже ни к чему, — мысленно отмахнулся он и тут же осекся. — Не, Славка с Димоном пусть пока останутся. Сейчас важно выяснить, почему хотят убить Саньку! — Кирсанов сжал кулаки, зная, что убьет каждого, кто посмеет навредить его сыну и его матери.

Перед глазами тотчас же предстала улыбчивая брюнетка. Почему-то Кирсанову она померещилась в его рубашке, с кудряшками, спутавшимися от беспокойного сна. — Кому же ты могла помешать, девочка? — мысленно поинтересовался он у нее, выходя из кабинета руководства. — Отпуск так отпуск, — фыркнул он про себя, втайне надеясь, что за время его отсутствия в конторе ничего не случится. — Зато разберусь с Санькиными проблемами, — подумал он.