Но от Триса шага навстречу ждать не стоило, и я насупилась: — Так не честно!

Чувствую себя Шантией.

Громко сопящим бурундуком.

— Скажем так, твой знак дал мне силы отстоять перед братом свою свободу, — уклончиво пояснил принц.

— А…

— Поверь, Лэли, больше тебе знать не надо.

Интуиция с ним всецело согласилась.

Это-то и пугало.

— Надеюсь, твой брат не собирается оторвать мне голову? — поинтересовалась ворчливо.

— Еще же не оторвал, — философски пожал плечами Трис.

На том и разошлись. Честно говоря, я немного обиделась на его скрытность, хотя, похоже, это у них черта семейная.

И еще крайняя упертость. Ну и в Старый Город лететь было надо. Знаки и татуировки сами себя не нарисуют.

По пути решила, что посетители подождут, и заскочила на рынок. Купила фруктов, орехов, лепешку на завтрак, кое-какие принадлежности для рисования, ну и не смогла отказать себе в удовольствии побродить по рядам. Мне нравилось разглядывать яркие наряды и драгоценности, украшенные золотом и камнями лампы, статуэтки, а порой и совсем непонятные штуки, слушать переговаривающихся и громко торгующихся людей.

А еще нравилось, что все еще можно просто прийти сюда. Да, вероятно, меня охраняют дроны, но… не хочу ничего знать. Во дворце не заперли, и на том спасибо.

— Ты все еще ходишь сама на рынок? — каркнули где-то над ухом.

Оборачиваясь, я ожидала увидеть ворону или кошку с проницательным взглядом.

— Согжетта? — каюсь, убрать из голоса изумление не смогла.

— Колдуньи тоже едят, — усмехнулась старая знакомая и взвесила на руке корзинку с овощами, теплым хлебом и копченым мясом.

— Как и королевские невесты, — взяв себя в руки, парировала я.

Демонстрация характера Триса, встреча на рынке с Согжеттой… Если день пойдет в том же духе, к вечеру ко мне сам Ийяр заявится.

— Прогуляемся вместе до Старого Города? — как если бы мы были подружками, предложила колдунья. — О, я вижу, колечко теперь впору…

— Тебя это удивляет?

Мы вышли за пределы рынка.

Получается, я вроде как согласилась на ее компанию.

— Наш король был вынужден бороться за власть. Последние два года прошли для него непросто. — В ее словах не ощущалось неприязни к Зейну. — Я опасалась, что это ожесточило его сердце.

— Даже не знаю, что на это сказать.

Делиться с ней личным не хотелось. И Согжетта каким-то образом чувствовала это, потому что в душу с расспросами не лезла. Какое-то время мы вообще шли молча, уже почти у стен Старого Города она с улыбкой сказала:

— В любом случае я рада, что для тебя в Арнеаре все сложилось хорошо.

И я должна поверить колдунье?

Однако спросила о другом. О том, что меня действительно тревожило.

— Теперь я должна тебе две услуги?

Спутница хмыкнула себе под нос.