В парке у озера почти не было людей, из воды не торчали головы маленьких черепашек, не плавали утки, зато громко шелестела листва

Звезды над головой переливались, притягивая к себе внимание, а серебристая луна освещала узкую безлюдную тропинку. Мы не держались за руки, но шли на одном расстоянии, обсуждая фильмы и книги. Я и до этого предполагала, что Новиков много читает. Но в разговоре он еще больше открылся.

- Интересно, что здесь было до того, как началось строительство города, - задумалась я, разглядывая маленький островок в центре зеленого озера. Там росли деревья, кустарники и стоял маленький домик для живности.

Мы остановились напротив лунной дорожки, прослеживая путь в сторону плакучей ивы, чьи ветви опустились в воду.

- Думаю, здесь кто-то жил. Может даже поселение. Но скорей всего они не занимались своим домом, какой-то народ нагрянул, колонизировал и…

- Захват земель — это ужасно, - произнесла я, вдыхая полной грудью. Надо было все же надеть джинсы, потому что ноги начинали подмерзать из-за прохладного ветра. Ночами температура прилично падала, намекая на приход зимы.

- Смотря, с какой стороны посмотреть.

- В смысле? – я повернула голову, стараясь разглядеть в профиль Ника. Он чуть вытянул переднюю губу, задумчиво продолжая разглядывать лунную дорожку.

- Понимаешь, право на собственность существовало еще до появления правительства. Оно есть у нас априори. Потому что мы люди.

- Не понимаю, к чему ты клонишь, - я тоже перевела взгляд в сторону зеркальной воды. В ней отражалось два человека: таких разных и в какой-то степени чем-то похожих. По крайне мере, мне вдруг так показалось. Новиков держал руки в карманах черной парки, из его рта выходили клубы пара, а ветер глумливо игрался с волосами парня, раскидывая короткие пряди по широкому лбу.

- Собственность человека заключается в его личности. Труд и работа – и есть его собственность. Наш труд принадлежит только нам. Но если мы прожигаем жизнь, не используем землю по назначению, не вспахиваем ее и не приумножаем богатства, то это уже не является нашей собственностью. По сути, мы не имеем право претендовать на нее.

- То есть ты согласен, что, если кто-то придет и захватит твой огород, за которым некогда ухаживала твоя мама, ты будешь мирно стоять и кивать, потому что не приложил руку к нему? – с дерзостью в голосе спросила я.

Перевела взгляд на Ника, и заметила, как на его скулах вдруг забегали желваки. Будто я задала неуместный вопрос, сказала что-то ненужное. Между нами повисла затяжная пауза. Новиков продолжал молчать, продолжал смотреть вдаль, погружаясь в свои мысли. Напряжение искрило, медленно ложилось на плечи и мне сделалось совсем не по себе."

"Спустя почти десять минут тишины, я поняла – разговор и милая прогулка закончились.