Если, конечно, не хочу зарасти жирком, как некоторые мои приятели по боям.

Есть у нас, спортсменов, такая херовая особенность — как только тело, привыкшее к нагрузкам и постоянным тренировкам, перестает это делать, сразу же происходит резкая деградация. Парочка моих знакомых, неплохих бойцов в прошлом, кстати, после выхода из профессионального спорта и завершения спортивной карьеры, занялись кто чем, в основном, каким-то бизнесом. Женились, обзавелись семьями и плотно забили даже на разминки.

Не особо радуют они при встрече, честно скажу. Пивные брюшки и расплывшиеся фигуры не красят.

В тридцать с лихуем так нельзя. Конечно, в драке они еще огого, и вломить, особенно непрофессионалу, могут не херово, но вот против меня не встанут. И на минуту даже. Чего уж о раундах говорить.

Я, естественно, не лезу с советами, у каждого своя жизнь. Но сам не сбавляю темп. К тому же у меня друзья, так уж сложилось, младше меня, кто на пять, кто на десять, а кто и на пятнадцать лет.

И на фоне их подтянутых фигур совсем не хочется папиком выглядеть.

На ум тут же пришли Зверята, которых я вчера без проблем разбросал по кабинету, естественно.

Но вот бабы по ним прутся наверняка. Очень уж они здоровенные и поджарые. Как гончие. Хотя, судя по поведению идиотскому, для баб на какое-то время потеряны. Кроме одной. Девочки-беды Эльки.

Интересно, поймали они ее вчера?

Наверняка поймали.

Надо бы на СТО позвонить, выяснить, пришла ли эта коза гулящая на работу.

Но это потом. Из офиса.

А пока программа — минимум — Татка.

Накормить, поговорить, если надо будет. Успокоить, утешить.

И расставить все точки над i, естественно. Чтоб не думала себе лишнего, не плодила сущностей.

И знала, где ее место теперь.

Возле меня.

В квартире тихо, и на мгновение накатывает страх, что сестренка могла свалить к себе. И у нас опять все по кругу пойдет. С одной только существенной разницей — отношения теперь уже очень даже определённые. И не братско-сестринские. Как тут глаза не закрывай, голову в песок не прячь — ничего не изменить. Да и не собираюсь я ничего менять. И ей не дам.

Я осторожно заглядываю в спальню. И невольно расплываюсь от умиления.

Моя девочка спит, закутавшись в простыню и выставив наружу только тонкую стройную ножку.

Так и хочется подойти и пальчики маленькие с ярким розовым лаком поцеловать. По одному. А потом выше, выше, выше…

Ловлю себя на том, что, словно маньяк, с расширенными зрачками изучаю ее фигурку, прикидывая машинально, как и в каких позах…

Да ну бл*!!! Ну вот чего это такое?

Старость, что ли, Серега? Бес в ребро? Пораньше напрыгнул?

Потому как седины в бороде пока вроде не намечается?"

"Быстро разворачиваюсь и выхожу. Пока одеваюсь, тихо, стараясь не греметь, размышляю, как поступить.