Ноги широко расставленные. Как бы я не старалась игнорировать зону паха, всё равно выходит плохо. В домашних хлопковых штанах там всё слишком привлекательно… А торс с шестью рельефными кубиками, обтянутыми белой футболкой – вообще космос. Хочется прижаться к крепкой мускулистой груди, прикоснуться ладонями к широким плечам, в ответ почувствовать на себе тёплые сильные руки…

Вчера они сводили меня с ума. И сейчас сводят своим видом.

«Возможно, я ревную. Какая разница?» – выражаю глазами ответную реакцию. – «Тебе об этом знать необязательно, говнюк!»

Руслан ухмыляется. Явно понимает меня без слов. Поднимается с дивана и берёт курс в мою сторону.

Привычная лёгкость, с которой он себя ведёт, поражает. В отличие от него, меня сковывает напряжением. Мысли путаются, сбиваются, цепляются одна за другую. Мне сложно вычленять главные из потока второстепенных. Я теряюсь, глядя ему в глаза."

"Он подходит всё ближе. Вальяжно вышагивая, надвигается на меня как бульдозер. Со всей своей бешеной энергетикой. Если бы не хотела казаться сильной, давно бы вжалась лопатками в стену. Не от страха, конечно. От его напора. Но я стою на месте, гордо вздёрнув подбородок. Жду, что же будет дальше. У меня не выходит прервать слишком сильное притяжение между нами. Оно действует изнутри, как что-то непреодолимое. Независимое от наших желаний. По крайней мере, так происходит со мной. Я так чувствую.

– Напрасно ты ревнуешь. Трахаться с тобой, позволь заверить, ещё то удовольствие… – произносит Исаев, останавливаясь напротив меня. Практически лоб в лоб.

В его глаза смотреть тяжело. Слишком лукавые. Безвозвратно затягивают в бездну, из которой не будет выхода. Он слишком прямой. Вынуждает меня краснеть. Чтобы не нервничать, инстинктивно опускаю взгляд на яремную ямку у него на шее. Слежу за тем, как под кожей трепещет вена.

Шея у него тоже красивая. Мощная. Распаляющая фантазии. Да он весь, как первородный грех. Сотканный из запретных желаний и соблазна. Я никогда не принадлежала такому типу мужчин. Рядом с ним я чувствую себя мотыльком, который вот-вот бездумно позарится на свет лампочки, обожжётся и умрёт.

– Наверное ты прав, – говорю я, размышляя о смертельной одержимости некоторых живых существ, а также о двойном смысле произнесённых им слов. – Я слишком проблемная женщина. Надеюсь, ты понял, что зря со мной связался?

– Хреновый из тебя психолог, Маша. Не пытайся внушать мне чушь. В моём случае это не сработает, – скользнув руками в щель, созданную краями одеяла, он обнимает меня за талию, притягивая к себе. Меня тотчас прошивает электрическим разрядом в двести двадцать вольт. Парализует. Обжигает, как глупую наивную бабочку. Задыхаюсь, утыкаясь носом в его грудь.