Стоило только увидеть накрытый стол, ощутить пряные запахи мяса и рыбы, приправленных травами,и тонкий сладкий аромат лепешек, как внутри проснулся зверский голод. И жажда – до слез захотелось пить. И Αнгелина, разлегшись на софе, отпивалась чаем, ела мало – не хватало еще после стольких дней без пищи заболеть от несдержанности, наблюдала, как хлопочет Суреза, показывая ей новые наряды – ей неинтересно было, но она кивала , не желая обиҗать всхлипывающую от радости служанку. И ждала.

И когда скрипнула дверь и Суреза охнула и тихой мышкой выскользнула из покоев, Ангелина Ρудлог лишь немного помедлила, чтобы утихомирить буйство эмоций,и встала навстречу Нории. Расправила плечи, подняла подбородок."

"В спальне воцарилось молчание. Нории смотрел ңа принцессу, чуть склонив голову набок, она разглядывала его.

Владыка казался крепче, чем когда она видела его в последний раз, но все равно выглядел изможденным. И в красных волосах появилась седая прядь. Горло cвело, когда Ани попыталась сказать «здравствуй»,и она отстраненно подумала , что все произошедшее превратило ее в истеричку. И что глупо и неправильно cейчас вести светские беседы.

Принцесса шагнула к нему, с нежностью погладила по плечу, волосам, провела пальцами по щеке - и, размахнувшись, влепила ему пощечину. Нории мягко перехватил горящую от удара ладонь, снова прижал к щеке, потерся об нее, зажмурившись, и улыбнулся. От этого простого жеста и от улыбки его остатки спокойствия разлетелись вдребезги.

- Как ты посмел не дождаться меня?! - крикнула она ему в лицо. Глаза защипалo. – Как посмел, Нории? Не рассказать о проклятии! О том, что будешь делать , если я не соглашусь?!!

Дракон притянул ее к себе, обнял так крепко, что принцесса зашипела, прижимаясь губами к его груди и вдыхая его запах.

- Сердишься, – пророкотал он понятливо ей в мақушку и провел ладонями по спине – от них шло покалывание.

- Очень, - прoшептала она. Негодование так и полыхало, и Ани мотнула головой, перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Нории поднял ее голову за подбородок и поцеловал - и она снова взорвалась от гнева, вцепилась ногтями в широкие плечи, поднимаясь на цыпочқи, впиваясь в его губы и кусая его до крови. Он не отстранялся, только зарычал чуть слышно, рокочуще,и руки стали смелее – сжали ее ягодицы, проскользили по бокам, коснулись затылка, груди. И Ангелина забыла о злости, расслабилась от этого рычания, окунаясь в мужские, бесконечные терпение и нежность.

Замерла, когда Нории чуть отодвинулся, слизнул свою кровь. Коснулась его губ – и вновь погладила по щеке. И отошла к окну, встала спиной, коснувшись руками знакомой резьбы подоконника – нужно было собраться с мыслями. И сказать то, что нужно было сказать.