Отстоят, защитят, прикроют. Главное – вернуть друга и отправить свихнувшуюся его половинку обратно в нижний мир.

«Миха. Пожалуйста. Я знаю, что ты слышишь меня. Помоги. Мне нужна одна минута твоей стабильности и я смогу отправить тебя в монастырь».

Дар-тени не отвечал – он тяжело дышал, судорожно подергивая крыльями,и в глазах его плескались боль, удивление и безумие. Макс нажал еще – и вдруг провалился в чужие воспоминания, от плотности контакта ощущающиеся, как свои.

…Вот ты перед сном делаешь себе инъеции. Препарат Макса помогает,и паника,так оглушившая утром, кажется чрезмерной.

- Все-таки Малыш гений, – бурчишь ты успокоенно, наблюдая, как медленно настойка из шприца уходит в вену. Но на тумбочке у кровати оставляет несколько шприцов. На всякий случай.

Вот ты ложишься в постель с женой. Аня теплая и хорошо пахнет, и прижимается к тебе, рассказывая что-то важное и смешнoе, и тебя переполняет умиротворение, горчащее из-за чувства вины перед супругой. Она молода и игрива – вот и сейчас стягивает с себя сорочку, ложится сверху и начинает нацеловывать, тереться змейкой.

- Целыми днями на работе, – шепчет она, - я скучаю.

Ты улыбаешься, целуешь ее в ответ – и дальше идут горячечные картины чужой любви, возбуждением бьющие и по самому Максу. Он скрипит зубами, восстанавливая покой,и смотрит дальше.

Χриплый Анин стон – полный не удовольствия, боли. Ты, полностью потерявший контроль на время пика, открываешь глаза и с ужасом обнаруживаешь, что она уже без сознания, а ты тянешь из нее энергию. Вскакиваешь, хватаешь со столика шприцы, вкалываешь себе… натягиваешь стянутые до колен пижамные штаны и пытаешься открыть Зеркало, чтобы уйти, спастись самому, спасти супругу и окружающих. И тут тебя накрывает по полнoй.

Когда приходишь в себя, со всех сторон полноводным потоком льется чужая энергия. Аня уже не дышит,и ты замираешь от горя, не веря, что ты все-таки не успел, что это случилось.

Тело ломает, в голове сумбур, и внутри, словно в ловушке, бьется чье-то чужое сознание. Этот другой обезумел от страха и непонимания. Тебя захлестывают невозможные, невероятные воспоминания о чужой жизни, в висках чужие панические мысли,и ты почти перестаешь контролировать себя.

Зеркало открыть не получается – переход рушится от стихийного хаоса, и ты делаешь единственное, что может как-то помочь. Выбегаешь из дома в окружении виты, льющейся к тебе рекой,и бежишь в маленький храм Триединого – тот самый, в который ежемесячно ходил все это время, - и все труднее становится управлять собcтвенным телом.