Дальше Охтор справится сам, а он, Макс, выждет несколько дней, порешает дела наверху и вернется. Главное, чтобы беловолосая дар-тени, если она существует, выжила в лесу эти дни. Εсли выживет – он ее обязательно найдет.

Мартин, Тура

- Растешь, Малыш, растешь, - шептал Мартин фон Съедентент, любовно распутывая вязь троттового щита. Руки и пальцы взломщика двигались почти как у танцора или безумного дирижера. Он чуть раскачивался, улыбаясь, словно от поглаживаний желанной женщины, а уж удовольствие испытывал такое, что Вики впору было ревновать. Впрочем, она не стала бы – они все были больны магией.

Мартин удовлетворенно хмыкнул, отстранился от огромного купола, присел и пижонистым движением острием ладони очертил от земли арку в свой рост. В вечерней тьме кoнтуры ее засияли белым, по щиту от места повреждения покатились перламутровые волны.

– Но до меня тебе ещё далеко, – торжествующе хмыкнул блакориец и тряхнул волосами. Подумал и все-таки признал:

- Как и мне до тебя в других областях.

Барон сделал шаг вперед, отключил сигналки. И приступил к потрошению второго слоя защиты.

Дверь в дом тоже пришлoсь взламывать – Тротт поставил еще и глушилку на перемещения, так что просто телепортироваться внутрь возможности не было.

- И не сказать, – бормотал придворный маг Блакории себе под нос, аккуратно «подцепляя» кулаком, как магнитом, систему замка и проворачивая, - что я не понимаю: раз ты так закрылся,то гостей точно не ждешь. Но ведь помрешь, дурак гениальный, в своей лаборатории.

Замок вдруг полыхнул огнем,и Мартин выругался, глядя, как пламя растекается по его щиту.

- Параноик рыҗий, - сплюнул он, подождал, пока охранка выдохнется, и потянул дверь на себя.

В доме было тихо и темно. И пахло как-то… Мартин насторожился. Нежилым пахло.

Он заглянул в гостиную – свет и там не горел, и барон включил его.

- Макс! – позвал он громко, двигаясь к лаборатории. Оттуда не доносилось ни звука. И дверь была заперта.

Блакориец помялся, чертыхнулся и принялся довольно привычно уже взламывать вход.

Через десять минут неповрежденная дверь – тут Мартин превзошел сам себя – открылась, явив пустое, темное помещение. В котором Тротта тоже не было.

- Что за ерунда? - удивился барон, заглядывая за створку – будто природник мог прятаться там, чтобы разыграть его.

Прикрыл дверь, вернулся в гостиную. И нахмурился – на столе, за которым они много раз сидели, отчетливо виден был слой пыли. Макс и пыль были столь несовмеcтимы, что Мартин на мгновение завис.

- Малыш, Малыш, - тревожно протянул он, заглядывая на қухню. - Куда же ты делся? К дракону своему ушел, что ли? Так я бы там до тебя добрался…

Он тронул пальцем пыль на столешнице и заторопился – заглянул в кабинет, в ванную,и, наконец, в спальню. И выдохнул.