Девчонка подходила на улице к хорошо одетым мужчинам и заговаривала с ними, перемешивая русские и иностранные слова:

– Ах, извините, ich, как сказать, russich… – В общем, выяснялось, что у нее украли портмоне и до гостиницы не доехать, да и на обед денег нет… Меньше ста рублей не давали…

Потом потянулись другие: мальчики, девочки, женщины, мужики – конвейер. Артамонова втянулась в работу и даже стала получать удовольствие. Во-первых, все-таки занималась любимым делом, во-вторых, доходы от этой деятельности исчислялись ну очень большими суммами. Валерия снова могла позволить себе отдыхать у моря, кататься на такси, покупать французские духи, забивать холодильник любимой осетриной и миногами. Дома тоже все складывалось прекрасно. Сын Андрюша пошел в гору, начал хорошо зарабатывать, у детей была няня, так что никто не ждал, что Лера начнет исполнять роль бабушки. Слегка только ее раздражала невестка Лида, не такую сноху желала себе Валерия Петровна. Но если сыну нравится эта тюха-матюха, эта домашняя клуша – ну и пожалуйста, это его жизнь, ему с ней жить. Лишь бы ее, Валерию Петровну, не беспокоили, не мешали заниматься любимым делом…

Гром грянул летом. Валерия Петровна отличалась патологическим любопытством. В квартире Артамоновых стояло несколько телефонов, и, если Андрюшка или Лида брали трубку, Валерия обязательно оказывалась у параллельного аппарата. Она не упускала возможности постоять за дверью, чтобы услышать чужой разговор, обожала читать не ей адресованные письма… Ведь так просто открыть конверт над кипящим чайником…

Именно таким образом она и вскрыла послание мэтра Кассиса. Французский язык не остановил, а лишь подогрел желание узнать содержание. Она взяла письмо и заглянула в контору, где делали переводы. Через двадцать минут она уже сидела в небольшом кафе, пытаясь собраться с мыслями. У нелюбимой невестки, у Лидки, женщины без роду и племени, оказывается, есть родня за границей! Ну кто, кроме родственников, мог отвалить бабе такие бешеные деньги!

Мэтр Кассис в первом послании четко указал цифру – три миллиона франков. Лера перевела деньги в доллары и долго не могла прийти в себя. Господи, ну почему счастье привалило этой дурехе Лидке! Ну на что она потратит деньги? Купит новую кухню, сделает очередной ремонт, ну поедет отдыхать в Турцию, на большее фантазии не хватит! Ах, если б наследство привалило самой Валерии, уж она-то знала бы, куда девать деньги! Даже половины суммы хватит на то, чтобы открыть училище. Организовала бы платный факультет и учила бы богатеньких, способных отстегнуть за приобщение к миру кулис кругленькую сумму… А на бесплатные места брала бы суперталантливых и занималась ими лично.