Моя рука двинулась вверх по ее ноге, по бедру, по юбке.

Я должен был остановить нас от совершения гребаной ошибки.

Она была пьяна. Я был почти пьян.

Нам нужно было остановиться.

Но, блять, какими же вкусными были ее губы. И какой приятной была ее грудь прижимающаяся к моей груди. И мягкой ее кожа под моими пальцами. И пахла она просто охренительно.

Слишком давно.

Слишком давно я это чувствовал в последний раз.

И слишком, блять, долго для такого парня, как я.

Она снова застонала и эта вибрация прошла от моего языка прямо до моего члена.

Бля-я-я!

Мои руки обхватили ее сзади и приподняли, оторвав от земли.

Ее ноги тут же обвили мои бедра, вплотную прижимаясь к моему твердому телу. Я продолжил целовать ее, вырывая из нее нетерпеливые всхлипы, и понес ее к кровати.

Положив Ксюшу, я забрался на кровать и навис над ней. Но она оттолкнула меня от себя, чтобы стянуть через голову платье и обнажить сексуальный черный бюстгальтер и трусики. Сделав то, что хотела, она снова притянула меня вниз, к своему телу.

Я уперся руками по обе стороны от Ксюши, чтобы не упасть на нее. Из моего горла вырвался стон восхищения, когда я посмотрел вниз, на ее тело.

Я не мог оторвать взгляда от каждого сантиметра ее тела, как и не мог оторвать свою руку от ее нежной обнаженной кожи.

Я скользнул по верхней части ее груди. Провел по ее мягкому животу. Размял ее притягательные бедра.

Она была совершенна.

Само совершенство.

Ксюша схватила подол моей футболки, потянув его наверх, и я подавил смех.

Моя девушка начала проявлять нетерпение.

Я позволил Ксюше снять с меня футболку, но прежде чем ее руки добрались до верха моих джинсов, я приник к ее рту, проникнув своим языком в ее рот и начав ритмично им двигать.

Я поставил одну из своих ног между ее бедер, прижавшись к ее центру и заставив ее задохнуться. Тяжело дыша, она потерлась об меня и мой член дернулся в ответ на ее нетерпеливые действия.

Оторвавшись от ее губ, я начал осыпать поцелуями ее шею, проводя рукой по ее трепещущему телу, спускаясь вниз к ее трусикам.

И я почувствовал влажность.

Коснулся промокшей насквозь ткани.

И я едва не кончил от одного лишь ощущения ее возбуждения.

Я пытался восстановить контроль. Но мои губы и руки отказывались повиноваться голосу разума.

Вскоре ее бюстгальтер уже лежал на полу, а моя рука сжала ее грудь. Она издала стон удовольствия и беспокойно задвигалась подо мной.

Моя голова опустилась ниже и я начал водить языком по ее соску, облизывая его до тех пор, пока он не стал твердым и напряженным, а затем взял его в рот.

— О Боже! — Ксюша шумно вдохнула и вцепилась в мои плечи.

Закончив с ее затвердевшими от возбуждения сосками, я накрыл их своей грудью и захватил ее рот в долгий обжигающий поцелуй, в то время как моя рука скользнула под ее трусики.