Понял, насколько она уже была на взводе, когда после первых же движений моих пальцев в ее промежности, девчонка прикусила кожу у меня на груди и вонзила свои коготки мне в бицепсы. Услышав ее мелодичный, бархатный стон, сам чуть не затанцевал на месте от возбуждения. Я хотел ее, черт возьми! Хотел настолько, что даже если бы она отказала мне, выгоняла бы, не ушел, а просто изнасиловал бы свою непокорную любовницу! Посоревноваться и победить это желание, могло лишь то, чего хотел больше. Я опустился на колени перед ней и, убрав ее протестующие ручки, припал губами к пылающей впадинке между ножек Вагнер.

Уже через секунду повинуясь ласкам моего языка, Настя доверилась мне и больше не отталкивала, а запустила пальчики мне в волосы, тем самым яростно требуя продолжения. На своей памяти не припомню хоть одну женщину, для которой я бы это хотел сделать или делал. Мне хотелось покорить Настю, доказать ей, что я лучший! Выбивать из нее стон за стоном, потому что звуки ее исступления были сексуальнее любого самого идеального тела, которое мне хоть когда-нибудь доводилось держать в своих руках!

И про секс она тоже была права.

Отчасти. Я действительно занимался сексом только ради удовлетворения физических потребностей. С другими. С теми, кого заказывал на одну ночь. Если так подумать, то, пожалуй, Настя уже давно побила все рекорды по длительности моих отношений с кем-либо. Обычно даже не всегда до второго раза доходило.

Она взорвалась прямо мне на губы — доведя меня до предельной степени возбуждения! Ее сок оказался настолько эротично-волнующим, что я больше не стал ждать! Поднялся на ноги, развернул ее к себе кругленькой попкой и вбил свой уже взрывающийся от эрекции член между ее горячих ягодиц! Положив ладонь на кожу у нее под пупком, подтянул к себе, чтобы мои толчки ощущались ею еще ярче и сильнее.

Сокрушил ее ударами и шлепками, пока не наполнил ее до краев! Напоследок же, она окатила меня волной второго своего извержения."

"В спальню внес ее на руках. Мне так захотелось. Настя после всего цеплялась за мою шею своей ручкой и упиралась губками мне в район груди, все еще тяжело дышала, после полученного наслаждения в моих руках. Для меня же это неожиданно стало самой приятной наградой за вечер. И браслет, который болтался у нее на запястье, в правду стал чем-то невероятно сексуальным.

Его таковым сделали две маленькие детали — то, за что она его получила и то, что это был единственные подарок, который она захотела принять от меня. Что-то мне подсказывало, что ничего другого она не примет. Ровно как косметику, присланную мной, как и цветы, как и что-либо другое.

Глава 27

Мне что-то снилось. Приятное, что ли. Поначалу. Пока в сон не ворвалась какая-то ерунда про Густава. Мы с ним спорили из-за того, что он мне изменил.