Для окружающих. Но дома… Может быть, я слишком требовательная. Постоянно хочу любви. Глупость, наверное. Хочу секса не по расписанию, внимания. Хочу видеть горящий взгляд, когда крашусь красной помадой, а не слышать отстраненное замечание, что у Насти губы красные. Глупость. Знаю. Глупо требовать от человека восхищения, спустя столько лет совместной жизни. Но я хочу этого, я ведь не перестала все замечать и заводиться с пол-оборота, когда… А, да не слушай меня. Я об этом даже с Наташкой не говорю.

Шмыгнула носом. Слезы уже падали в кружку, охлаждая собой мой вкусный чай.

Я ждала и надеялась, что Миша уйдет отсюда к чертовой матери. Что-то, чем дальше, тем тяжелее все это.

— Послушай, спасибо тебе за воду и за чай, спасибо, что промолчал во время интервью. Но, тебе лучше уйти. Миша, пожалуйста.

Широков не ответил ничего. Я не смотрела на него, потому что пыталась безуспешно остановить слезы. Услышала, как мой гость наливает чай в другую кружку и открывает купол, под которым спряталось печенье. В следующее мгновение, розовое сладкое лакомство было протянуто мне. Взяла и всхлипнула, а он со своим чаем отклонился на спинку своего кресла, сделал большой глоток и лишь теперь произнес:

— Все это хорошо, Настя.

Но к другим проблемам у тебя появилась еще одна. Если ты еще не поняла.

— К-какая еще проблема? — заикаясь от слез, спросила я и посмотрела на него.

— Проблема в том, Настя, что я не собираюсь тебя никому отдавать, — жестко ответили его серые глаза, окончательно вбив меня в ступор.

Глава 25

— Миша, ты перегрелся, тебе лучше не начинать эти шутки. За предыдущее я извинилась, но то была лишь игра.

Сейчас ты уже измываешься над моими чувствами…

— Настя, ты же написала целую книгу, — сказал он без улыбки, тяжело глядя на меня глазами, цвета неба пред надвигающейся грозой, — прекрасно знаешь, если я чего-то хочу — я это получаю. И сейчас совсем не шутил. Повторю еще раз — я тебя никому не собираюсь отдавать. Если ты не заметила, не отдаю уже несколько дней. Вполне успешно.

— Ерунда, тебе это скоро надоест.

— Вот это твое качество, Ва… Настя, решать за других то, что они думают и хотят. Причем настолько уверенно.

— Что делать, если я права?

— Опять споришь?

— Не спорю, — лениво сказала упрямцу и поставила кружку на стол. — Честно, устала уже с тобой спорить. Только и мечтаю, хоть один вечер провести в одиночестве.

— Этим вечером у тебя это не выйдет, — сказал миллиардер, тоже вернув кружку на стол, и зачем-то полез в карман своих брюк одной рукой, другой же подхватил мою левую кисть. — У нас уговор — играем до утра. А это, — наконец, я увидела, то, что он выудил наружу из широких штанин.