Помыслы вполне достойны: я готова была рискнуть ради других, но биться насмерть – только ради того, кого люблю.

Слава Покровителю, у меня есть Рин.

– И чем же я, по-твоему, хуже тебя? – сквозь зубы процедила я.

– Тем, что ты пиявка. Паразит. Ты отбираешь все.

Волна ненависти, идущая от Изольды, была буквально ощутима, и, не выдержав, я откинулась на спинку кресла, как бы увеличивая между нами расстояние.

– Грегори мой. Слышишь? Он мой муж! Мой!

– Меня Дантесоль никогда не интересовал. И если на то пошло, именно ты увела у меня жениха.

– Ну хоть что-то должно было достаться мне.

Над тобой тряслись, называли принцессой, когда думали, что я не слышу. Отец все думал, как же найти тебе достойного мужа… А я?

Вот значит как.

Я всегда думала, что любима отцом. Лорд Наргарра никогда не давал понять мне ни словом, ни жестом, что я ему чужая, но папиной дочкой была именно Иза. Ей позволялось все, что мне запрещалось. И мама всегда уступала. Теперь-то мне стало понятно, почему так. А раньше я просто думала, что младшего ребенка любят сильнее.

– Манон то, Манон се, – шипела Иза. – И самого лучшего жениха тоже ей? Тебе? Жалкой тощей рыжей уродине с кошмарными глазами? Ты думала, я это так оставлю?

– Иза, ты получила своего Грегори, но ты решила все равно погубить меня.

Отдать под опеку короля. Ты же прекрасно знала, чем мне это грозит…

– Зачем ты приперлась на мою свадьбу, а? Услышать, как меня называют твоим именем в первую брачную ночь, это было слишком, сестрица. И я решила, что ж, пусть и ты полежишь под теми, кто думает не о тебе.

Силы небесные!

Какой кошмар творился в голове Изольды.

– И мамины драгоценности тебе, и эту проклятую усадьбу, которая так нужна была Грегори.

Он взбесился, когда узнал, что ее нет в моем приданом. Мне пришлось ползать перед ним на коленях, чтобы он не выгнал меня. И ты виновата в этом унижении. Я делала все, что Грегори велел. Подливала отцу зелье, писала Сангриено, а он все равно решил, что ты ему подходишь больше.

Иза в запале надвигалась на меня, и хотя я знала, что сейчас она не может меня проклясть, мне было очень страшно.

– Перед отъездом в эту богом забытую провинцию я сообщила ему, что у нас будет ребенок. И знаешь, что Грегори сделал? Заставил меня вытравить плод! Сказал, что у него будут дети от королевы.

Душа стыла от рассказа Изольды.

Я надеялась, что услышу, что ее опаивали, что заставляли, что меня перед ней оболгали, но к такому я была не готова.

Сестра помогла убить собственного отца, согласилась избавиться от еще нерожденного ребенка и во всем этом винила даже не Дантесоля, а меня…

Впервые в жизни я подумала, что хорошо, что мама покинула нас раньше.

– Ты должна сдохнуть, тварь, – брызгала слюной Иза.

Я больше не могла это слушать.