К тому же, лучше так, чем какая-нибудь Мерзкая Даниэла!

— А как же твое решение уехать от меня как можно дальше? — шепчет мне на ухо Волкодав, улыбаясь. Его глаза искрятся такой радостью…

Он накрывает мою ладонь своей, а у меня от такого невинного, казалось бы, жеста перехватывает дыхание.

— Я там, где и должна быть — рядом с любимым мужем. И я же не могу оставить Итею без такого мудрого короля как ты!

Пять лет спустя

— Королевские советники остались им очень довольны. Наш сын ответил на все вопросы и показал блестящие знания по всем предметам. А об его храбрости и смекалке в Итеи уже слагают песни, — с гордостью замечает Таддеус и целует меня в висок. — Я даже боюсь себе это приставить, но если бы Элиас тогда растерялся…

Я смотрю на мужа и вижу, как на его виске вздувается от волнения вена.

О, как же я его понимаю! Каждый раз я думаю об этом и каждый раз содрогаюсь от ужаса. Но не за себя, а за сынишку. Ведь мальчик бежал на морозе в одной рубашонке и чуть ли не босиком!

— Да, нам с ним очень повезло. Но в этом есть и твоя заслуга, ты же вложил в него столько терпения и сил.

— Можно подумать, я это делал без желания!

Да, Таддеусу безумно нравилось проводить время с Элиасом. Они постоянно с ним что-то мастерили и делали. Король лично обучал мальчика верховой езде и стрельбе из лука. Но до огнестрельного оружия он не разрешал сыну даже дотрагиваться. Говорил, что всему свое время.

— Что теперь? Советники его признали? — Мой голос даже не дрожит от волнения.

Как ни странно, но из меня получилась неплохая королева."

"Я научилась держаться на людях и привыкла к всеобщему вниманию. Я даже стала полезной своему мужу в его королевских делах!

Но это только благодаря моему колдовскому браслету Архонты, который я всегда надевала на важные приемы. Он-то и позволял мне видеть всех насквозь. После чего я рассказывала Таддеусу, кто из чужестранных гостей приехал к нам с хорошими помыслами, а кто нет…

— Да, признали. Когда ему исполнится двенадцать, я посажу сына на трон. Пускай привыкает, а сам стану его регентом.

— И так будет до его совершеннолетия? — спокойно интересуюсь я, хотя мое сердце выпрыгивает от волнения. Но на меня сейчас смотрят как минимум человек тридцать, и это не считая придворных.

— Не беспокойся, любимая. Даже когда на голове Элиаса появится корона, то и тогда я буду рядом с ним.

Неожиданно по залу разносится оживленный гул.

Все как один смотрят на парадный вход тронного зала…

А вот и мои звездочки, мои детки!

Элиас идет не торопясь, чтобы Мирабелла успевала бы за ним. Он держит свою сестру за руку и следит за каждым её шагом. Ведь от этой проказницы можно всего ожидать…

Мой мальчик старается быть серьезным, но у него это плохо получается.