Подумал тогда — не моя, но будешь моей, вопрос времени.

Времени пришлось потратить много. Она оказалась совсем молоденькой, наивной, очень скромной.

Жила в студенческом общежитии, училась и работала.

Мне бы, дураку, тогда понять, что она как и большинство юных провинциалок спит и видит как бы остаться в столице, захомутать приличного парня, окрутить, быстренько забеременеть и в ЗАГС.

Хотя среди столичных парней идиотов становилось все меньше. Да и себя я вроде дураком не считал. А вот, поди ж ты…

И сейчас, пытается вырваться из моих объятий, губу закусывает, прямо как тогда.

— Пусти!

— Ты бы обувь купила попроще, в такой только под машины попадать.

— Не твое дело какая у меня обувь!

— Ах да, извините, вам же надо личную жизнь устраивать! Не устала еще задницей вертеть перед всеми?

Вижу, как краснеют кончики ушей и нос.

— Мне надо личную жизнь устраивать, поэтому не устала! Пусти меня, мне надо к дочери скорее!

— Ну давай, вперед, горе-мамаша! Таким как ты вообще нельзя детей иметь!

Говорю, и резко отпускаю — упадет, я не виноват!

Но она держится, подбородок вздергивает и выпаливает.

— Это таким как ты нельзя детей иметь! Правильно про тебя Арина сказала — тупиковая ветвь эволюции.

Потом толкает меня и проходит в дом.

Зараза такая!

Я тебе покажу «тупиковую ветвь»! Я тебя теперь просто так не выпущу! Ты мне не только деньги, ты мне еще и моральный ущерб компенсируешь, мышка!

Глава 8.

ДАША.

Вижу его дом и сердце сжимается от воспоминаний.

Так странно — когда-то я была так счастлива в этих стенах, а теперь лишь хочу поскорее покинуть их. Забрать малышку и сбежать как можно дальше!

На Максима стараюсь не смотреть.

Бывший явно дал понять — он сам по себе, а я сама по себе. Что ж, пусть так. Всё равно мне от него ничего не нужно… А деньги… Деньги я ему верну — пусть подавится этими ста тысячами. Сводит свою невесту в шикарный ресторан пару раз на эту сумму.

Сложно не обращать внимание на его попытки меня зацепить, и на то, что Максим по-настоящему меня цепляет, когда я, споткнувшись, чуть не лечу на скользкую плитку, припорошенную снегом.

Интересно, во дворе ему мэр лично плитку укладывал? Такая же противная и скользкая как на столичных улицах…

Не думаю о том, что его запах до сих пор мне кружит голову.

Максим подлец. У меня не должно быть к нему никаких чувств. Он воспользовался мной, а потом нашел удачный повод чтобы бросить.

Отталкиваю его, спешу войти в дом.

Снимаю обувь и уже обшариваю глазами помещение в поисках Даришки, как вдруг из гостиной раздаётся мелодичный женский голос:

— Милый, а она довольно хорошенькая, жаль на тебя не похожа!

Я застываю на месте. Боже… невеста Макса здесь? Он не мог проявить хоть немного такта и не знакомить нас?

Быстро сбрасываю куртку и шагаю вперёд по коридору.