А если кто из них до ста годов дожил, значит, он только с виду злобен, про его сердце ты ничего не знаешь. Вот так.
Александр Михайлович взял старушку под локоть.
– Вы обронили фразу, что Вениамин испугался, когда Базыкин его отпустил. Мне это непонятно. Радоваться надо было.
– Ну, я чего-то не так ляпнула, – вздохнула гостья.
– Нет, – возразил полковник, – все верно. Вениамина Петровича охватил страх. Наверное, он знал, кто убивал женщин и забирал у них украшения. Салкин очень не хотел называть имя преступника. Но разговор с Никанором Степановичем шел долго, не один час.
Рыжова молчала.
– Нам не хочется дергать Вениамина Петровича, – не умолкал полковник, – а вы определенно тоже знаете всю правду о тех преступлениях. Если сообщите ее нам, я не стану беседовать с вашим братом.
– Вы знаете, что Веня мне все рассказал? – обомлела Галина Петровна.
Полковник отпустил ее руку.
– Кому-то другому я мог соврать не моргнув глазом.
Александр Михайлович внимательно посмотрел на Галину."
"– Сначала по делу серийного маньяка работал Федор Мартынов. Когда он по состоянию здоровья ушел со службы, Салкиным занялся Никанор Степанович. Мы получили копии его записей. И узнали кое-что интересное. У каждого трупа находили скомканный обрывок фантика конфет «Мы в космосе». Их делали из орехов в меде, облитых шоколадом. Лакомство пользовалось популярностью, всегда было дефицитным, производилось не в Москве, а в Екатеринбурге. В столице оно продавалось только в фирменном магазине фабрики, уходило влёт.


















Комментарии
Добавить комментарий