А вдруг я успела поделиться вирусом с тобой?

— Я проходила тест.

— Какой же врач сделает такую глупость — скажет тебе, что ты заражена? — Ее слова оборвал приступ сухого кашля. — Кстати, доктор, который делал анализы, все еще жив? — осведомилась Карин, откашлявшись.

— Ты не ответила на мой вопрос. Стоило оно того? Говори же.

На обезображенном болезнью лице появилась кривая ухмылка.

— Ты больше не можешь мне приказывать.

— Ты вернулась. Тебе была нужна помощь, и я оказываю ее тебе.

— Я пленница.

— Ты можешь уйти, когда пожелаешь. — Она помолчала. — Почему мы не можем говорить друг другу правду?

— А в чем она заключается, эта правда? В том, что ты лесбиянка? Твой дорогой муженек знал это.

Не мог не знать. Ты никогда не говорила о нем.

— Он погиб.

— В очень своевременно случившейся автомобильной катастрофе. Сколько раз ты использовала людей, играя на их добром к тебе отношении?

Карин знала слишком много о ее делах, что одновременно влекло к ней Ирину — и отталкивало. Чувство интимности, взаимное знание тайн друг друга связывало их. Только здесь она могла быть самой собой.

— Он знал, на что идет, когда согласился жениться на мне.

Но он был амбициозен. Он хотел роскоши и комфорта, а ко всему этому прилагалась я.

— Как, должно быть, трудно жить во лжи.

— Тебе это должно быть известно лучше, чем кому бы то ни было.

Карин мотнула головой.

— Нет, Ирина. — Каждое слово, казалось, лишало ее сил, и Карин помолчала, прежде чем продолжить. — Почему ты просто не убьешь меня?

За этими горькими словами Ирина на мгновение увидела прежнюю Карин. Убить ее было одним из вариантов, спасти ее — было целью. Судьба не дала Ахиллесу возможности спасти своего Патрокла.

Некомпетентность лекаря убила Гефестиона и отобрала у Александра Великого его любовь. Она не станет жертвой тех же самых ошибок.

— Неужели ты действительно веришь, что хотя бы один человек заслуживает такого? — Карин рывком распахнула ночную рубашку, и маленькие перламутровые пуговицы жемчужными брызгами разлетелись в разные стороны. — Посмотри на мои груди, Ирина.

Смотреть на нее было страшно. С тех пор, как Карин вернулась, Ирина много читала о СПИДе и знала, что болезнь влияет на разных людей по-разному.

Некоторых она пожирала изнутри, вызывая слепоту, колиты, ужасную, доводящую до смерти диарею, воспаление мозга, туберкулез и пневмонию. Другие недуги поражали тело человека извне, как, например саркома Капоши или герпетическая лихорадка. Но любой из этих недугов сопровождался крайним истощением, и человек превращался в скелет, обтянутый кожей. Именно так сейчас выглядела Карин.

— Помнишь, какой я была красивой? Какая нежная у меня была кожа? Ты обожала мое тело.

Ирина все помнила.

— Прикройся, — сказала она.