Промакивает их платком, открывает термос и закидывает внутрь. Закрывает, встряхивает и молча протягивает мне.

— Чай с лимоном и сосновыми иголочками.

Глава 49. Важные мелочи

— Ты хочешь в Бразилию?

От тихого вопроса Артура я удивленно кашляю, поперхнувшись чаем. Мы стоим на обочине шоссе, смотрим на звездное небо, привалившись к капоту машины.

— Что?

— Ты хочешь в Бразилию с Ильей?

— Прости, — я вглядываюсь в его мрачный профиль, — я не улавливаю смысл вопроса. Я устала, и мозги не соображают."

"— Ты испытываешь к нему чувства? — всматривается в мои глаза с тоской. — Вита… Я… Вот что хочу сказать, если… ты влюблена в него, то я не имею права… мешать вам…

— Вот так новости, — протягиваю ему термос. — Выпей. Ты прямо сегодня разошелся.

Принимает термос, и я кутаюсь в объемное пальто и прячу руки в карманы:

— Не испытываю я к Илье чувств, Артур, — перевожу взгляд на небо в россыпи звезд, — да, я могла по глупости с ним переспать… И по глупости, и из-за любопытства, однако о каких чувствах идет речь?

— О влюбленности? — тихо предполагает Артур.

Я смеюсь в ответ и встряхиваю волосами:

— Да и Илья в меня не влюблен. Ему лишь нравится идея об этом. Пусть так. Он забавный, и боюсь, что я бы с ним в Бразилии встряла в какую-нибудь ерунду. Даже не хочу думать, если я теперь в глазах остальных неверная жена, беременная проститутка и мошенница.

— Я тоже не ожидал такого развития событий, Вита, — серьезно смотрит на меня. — Я тоже в шоке.

— А будь все это правдой, — щурюсь, — ты бы все еще настаивал, что ты меня любишь?

— Провокационный вопрос.

— Ладно, давай уберем сайт интимных услуг, потому что это реальная грязь, но оставим внебрачную связь с Ильей, его ребенка, — слабо улыбаюсь. — Вот давай допустим, что я реально тебе изменила с ним в браке, и вот ты об этом сейчас узнал.

Крылья его носа подрагивают, глаза темнеют.

— Вот только честно, Артур, — клоню голову набок в любопытстве.

— Мне… даже думать об этом… тяжело, — сдавленно отзывается он.

— А давай усложним задачку, — я ласково улыбаюсь, — ты возвращаешься домой пораньше, а меня на столе отлюбливает Илья. С дикой страстью, рыком, и по моим стонам ты слышишь, что я ловлю волну удовольствия…

Поджимает губы, зло отходит от машины на несколько шагов, кружи по обочине, приглаживает волосы и решительно разворачивается ко мне. Смотрит на меня долгую и холодную минуту и глухо говорит:

— Если бы я его не убил и не сел в тюрьму лет на двадцать за особо тяжкое, то… — она выдыхает пар, — то развод был бы неминуем, Вита.

— Я бы сказала, что это ничего не значит.

— Значит…

— Значит? — вскидываю бровь.

— Да, — он темным взглядом смотрит на меня.