Вот уж точно два сапога - пара. Всё, — хватает меня за руку, — показывай, что у тебя тут. Может, я тоже возьму и сбегу сюда от мужа.

Через час Татьяна Михайловна покидает меня. И когда я хочу побеседовать со своими сотрудниками, обсудить дальнейшие планы и узнать поближе молодых и восхищенных волонтеров, я получаю сообщение:

“Я хотел бы быть сейчас рядом с тобой”

— Вита, — меня отвлекает Катя, студентка медицинского. Она одна из волонтеров. — Я могу… Могу сфотографироваться рядом с розами?

— Можешь, почему нет?

Краснеет до кончиков своих маленьких аккуратных ушек:

— Я хочу собрать огромный букет, будто мне кто-то подарил сто одну розу… Но их тут куда больше. Я со счета сбилась.

— Хочешь, можешь их забрать, — прячу телефон в карман.

Вика и Света в сторонке вытягивают шеи и переглядываются.

— Забирайте, — пожимаю плечами и шагаю в коридор, что приведет меня в мой крохотный кабинет. — Они же в любом случае завянут, и их придется выбрасывать.

— Они вам не понравились? — удивленно охает Катя.

— Меня мутит от их запаха, — невесело усмехаюсь я и закидываю в рот кислую лимонную карамельку, к которым я пристрастилась в последние недели, — до тошноты, а ими тут все пропахло. Надо бы проветрить.

Глава 40. Лимон с морской солью

— Да чтоб тебя! — рявкаю я на пороге центра.

Опять весь холл в цветах. Теперь это пионы. Целый вагон розовых пионов. Густой аромат забивает носоглотку, и к горлу подкатывай ком тошноты.

— Еще и весь коридор в цветах, — шепчет катя за стойкой. — Очень красиво. Мы уже все перефоткались.

— Вынесите их на улицу! — в истерике вскрикиваю я и прижимаю платок к носу. — это же невыносимо! Дышать нечем! — перевожу на двух охранников у диванчика в углу. — Давайте! Выносите!

— А можно…

— Можно! — всхлипываю я.

— Точно? — охранники неловко улыбаются.

— А что можно? — спрашивает Катя.

— Я жену порадую…

— А я девушку…

— Радуйте! — бегу мимо пионов, заныриваю в коридор и торопливо семеню в кабинет. — Он меня убьет такими темпами.

Запираюсь в кабинете, распахиваю окно и звоню Артуру. В клокочущей ярости. Совсем охамел.

— Да, Витаминка? — отвечает сразу после одного гудка.

— Прекрати это! — цежу сквозь зубы. — Хватит! Все стены уже провоняли твоими цветами!

— Ты же любишь цветы, — обескураженно отвечает Артур.

— Разлюбила!

— Я хотел тебя порадовать…

— Хотел бы порадовать, прислал бы ящик лимонов! — бью кулаком по подоконнику.

— Ты не любишь лимоны…

— Ты мне будешь указывать, что я люблю, а что нет? — рычу в трубку. — Я обожаю, мать твою, лимоны!

От одной мысли о кислой дольке лимона с горьковатой цедрой рот заполняется вязкой слюной.

— Лимоны?

— Да, — клокочу в ответ. — С солью.С крупной морской солью.

Молчание, которое бесит меня до скрежета зубов.