А, может, болтает с подружкой? Я сажусь на диван и смотрю в одну точку. Ребёнок… Бессмыслица! Только дурочка может родить в сорок лет от того, кто моложе её.

На смартфоне послание. Витя.

«Твоя серёжка у меня. Я требую выкуп».

Я улыбаюсь. Надела пуссеты. Одну потеряла во время объятий. А Витя нашёл.

«Денежный?», — отвечаю ему. Это всё, на что меня хватает.

«Нет, только натурой», — парирует Витя. И сердце пронзает тоской. Разве не я говорила, что врать, это подло? А, утаив этот факт, я совру! Но, сказав, я уже не смогу ничего изменить. Этот выбор не только о детях. Этот выбор о нас. И аборт знаменует конец отношений.

Глава 53. Илья

Июнь начался. И ласточки свили гнездо под карнизом. Я помню их первый «строительный бум», когда эти наглые птицы решили слепить свои гнёзда прямо над дверью. Выходишь, а на пороге тебя ожидает «засада». Птичий помёт! Что липнет к подошвам и тащится в дом. Хорошо, если сверху не сыплется.

Хоть Настя была и противницей этого, но я в первый год поломал их гнездо. Дай волю пернатым и они превратят мой участок в туалет. Но как же велико было наше удивление, когда ласточки снова вернулись, и свили гнездо чуть левее от входа, усвоив урок. Настя так радовалась! Говорила, что это они нас «простили и выбрали». И будут отныне беречь наш уют!

Смотрю на «лепнину». Забавные гнёзда, из «катышек» цвета земли. Птички с раздвоенным хвостиком суетливо летают вокруг. Видно, кормят птенцов? Скоро те полетят, кто куда. А следующим летом появятся новые…

Долго стою на пороге, прежде чем постучать в её дверь. Почему в этот раз не могу совладать с собой? Наконец, вынуждаю себя это сделать. И жду. Сегодня суббота, шестое число. Я отвёз свою дочь на занятия танцами. А когда заберу, обещал, что заедем в кафе. Посидим, поболтаем. Обсудим дальнейшие планы. Я не скажу про женитьбу, пока не женюсь. А вот план предстоящей поездки уже обретает черты.

Я спросил по дороге на танцы:

— Мышонок, а как ты смотришь на то, что в Грузию с нами поедут Снежана с Никитой? — а после добавил, подумав, — И Джек.

— А кто такой Джек? — удивилась дочурка.

— Джек — это пёс, я тебе не рассказывал?

— Ты собаку завёл? — оживилась Дианка, и в глазах появился восторг.

— Ну, не то, чтобы это было моим решением, — попытался ответить.

Но дочка уже принялась фантазировать:

— А какой он породы? Красивый? А сколько ему?

— Нууу, как сказать, — начал я, вспоминая повислые уши и всегда хмурый взгляд, — Нормальный такой. Он уже не щенок. Взрослый пёс.

— А почему Джек? Это Джек-рассел? — вцепилась Дианка.

Мне стало обидно, слегка. Кажется, факт появления пса волновался её больше, чем факт появления младшего брата.

— Я не знаю, какой он породы, — пожал я плечами.