Осторожно поднялась по ней и оказалась в пустом переходе со множеством узких высоких окон. Наверное, этот переход соединяет наше крыло замка с другим. Интересно, что там?

Порядком побродив и окончательно запутавшись, я вышла в другой коридор. Широкий, хорошо освещенный, украшенный картинами и устланный ковровым покрытием тёмно-красного цвета.

В нескольких местах стояла, вытянувшись по струнке, стража. Так, ладно, они ведь, наверняка, не знают, что мне сюда нельзя. Одета я прилично, мало ли что я могу здесь делать.

Вышла из-за угла и медленно, но уверенно, двинулась в левую сторону. Сейчас проскочу этот коридор с кучей стражи и осмотрюсь внимательней.

Внезапно одна из дверей открылась, и из неё вышел высокий мужчина в бордовом камзоле с короткой стрижкой. Повернулся и быстрым шагом пошёл в мою сторону.

Перевязь и погоны отличали его одежду от нарядов других мужчин, которых я видела здесь раньше. Военный что ли?

Паника начала подступать к горлу. Первой мыслью было развернуться и юркнуть туда, откуда вышла. Но тут же одёрнула себя: это будет выглядеть ещё подозрительней. «Уверенность, Ангелина, уверенность», — повторяла про себя, словно мантру. Всё будет хорошо, ты идёшь по своим делам, он идёт по своим.

Вздёрнула подбородок повыше и ускорила шаг, сжав до хруста ткань юбки. Мы почти поравнялись, я почти прошла мимо, как вдруг мужчина остановился, и строго спросил:

— Леди? Представьтесь, пожалуйста.

— Я спешу, — бросила через плечо ледяным тоном, не сбавляя шага. Прочь, прочь.

— И тем не менее!

Мужчина догнал меня в два шага и заступил дорогу.

Я поднимала на него взгляд целую вечность. Глаза цвета горького шоколада смотрели внимательно и строго. Широкий волевой подбородок, слегка тронутый щетиной. Татуировка в виде мудрёного плетения на щеке вдоль линии волос с правой стороны. Сердце отбивало барабанную дробь уже где-то в горле.

— Что вам угодно? — мой голос прозвучал глухо и хрипло, зато не дрожал.

— Объяснитесь. Кто вы и на каком основании находитесь в императорском крыле?

Его цепкий пристальный взгляд парализовывал. В груди стало тесно, словно выкачали воздух. Все мысли исчезли. Пауза длилась неприлично долго. Наконец, я взяла себя в руки.

— В императорском крыле, — повторила за ним, держа лицо изо всех сил, и нервно теребя юбку, — я делаю то, что нужно. А вы кто такой, чтобы вам докладываться?

Рэйнер.

Левая бровь непроизвольно поползла вверх. Забавно. Давно со мной никто так не разговаривал. Не знает, что ли, и вправду, кто я?

Скорей всего, даже не обратил бы на девчонку внимания. Но уж слишком странно она себя повела, когда шагнул ей навстречу. Начала дёргаться и нервничать. Опытный военный легко видит такие эмоции. Да и не замечал её тут раньше.

Рабочий кабинет императора в нескольких десятках шагов.