Исповедь узницы подземелья
Обложка книги «Исповедь узницы подземелья»

Исповедь узницы подземелья

Екатерина Валерьевна Мaртынова

(0)

В зале памяти проклятых, где каждый день повторяется безвыходной тюрьмой, она искала то, что остается после жизни: размышления о судьбе и воспоминания каждую минуту двадцать четыре часа. 1312 дней в подвале превратили ее жизнь в леденящий душ рассказ об ужасном преступлении, который потряс мир.

О книге

30 сентября 2000 года я ушла из дома наивной школьницей, девственницей. А вернулась домой 4 мая 2004 года – женщиной с истерзанным телом, но с душой, которая сохранила веру в людей, в добро, в любовь. День Веры, Надежды и Любви стал черным днем моей жизни. Но именно Вера, Надежда и Любовь помогли мне выжить и выйти из тяжелейших испытаний – Человеком.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Шампунь и мыло старались расходовать экономно, так как Мохов постоянно упрекал нас в расточительстве и грозился больше не покупать средства гигиены. После такого «омовения» я с трудом могла назвать себя чистой: по телу по-прежнему каталась грязь, а волосы, не промываемые выделенным количеством воды, были похожи на сторновку."

"К моему увлечению рисованием и сочинением стихов прибавилось, еще одно – склеивание бумажных домиков. Теперь я просила Мохова принести мне клей, цветной картон, спички. Он ворчал, но покупал требуемое. Поделки были миниатюрные, но реалистичные, даже с обстановкой внутри. Мебель в размере не превышала половину подушечки жевательной резинки, а сами особнячки были не больше стаканчика из-под йогурта. Сначала я как настоящий строитель возводила фундамент, потом ставила перегородки, клеила обои, расставляла мебель. Фасад делала из целлофана, чтобы можно было разглядеть, что внутри. Это занятие меня очень увлекало и помогало отвлечься от тяжелых мыслей, постоянно крутящихся в голове. Моё враз закончившееся девичье детство я пыталась продлить хоть так, создавая игрушечные домики взамен потерянного Дома…

Не в силах смириться с тем, что мой мир теперь состоит из шести квадратных метров, я придумала свой маленький мирок, где в окружении созданных мной акварельных пейзажей стояли картонные домики, в которых обитали нарисованные мной люди, переживавшие чувства, описанные в моих же стихах или рассказах, которые я также пробовала сочинять.

Наткала зима ниток из снегаИ связала мне свитер просторный.Я смотрюсь словно в зеркало в небо,Замерев от земного восторга.Несказанно он мягок и нежен,Своим пухом, прильнувшим мне к коже.Пусть твердят, что такая одеждаНа планете Земля невозможна.Сотни петель она завязала,Между спиц натянув свою пряжу,И мне свитер из снега связалаИ, даст Бог, не один еще свяжет.Я кружусь под ее снегопадом,Не покрытая шалью, босая.А прохожие мрачные взглядыНа мой облик украдкой бросают.Опостылело в душ миллионахИз-за сходства слепого теряться,Хочу каждому став незнакомой,Из толпы заводной выделяться.Пусть хотя бы тот свитер из снегаМне поможет своей новизною.И под солнцем, разбуженным небом —Постепенно растает весною…Однажды Мохов принес мне альбом, обложку которого украшала сцена из мультфильма «Ну, погоди». Она мне так понравилась, что я нарисовала гуашью эту картинку на одной из стен бункера. Позже в нашей темнице появилось улыбающееся солнышко и плывущие по небу облака. Со временем картинки заросли плесенью, и это выглядело еще более мрачно, чем пустая стена.

На каждый день рождения близких я посвящала им стихотворение, где поздравляла с праздником и обещала вернуться.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив