Пётр Павлович прислал контакты племянника и приписал: «Артём вас ждёт. Удачи».

Я откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза. В голове вертелись варианты. Продать часть оружия? Но каждый ствол может спасти чью-то жизнь во время Гона. Спешно выплавить Сумеречную сталь? Придётся искать покупателя, и это может сорвать нашу маскировку.

А до тех пор, пока я не получу статус Марки и формальную независимость, мне не удастся зафиксировать контроль над месторождением.

Обратиться к кому-то из знакомых аристократов? Вряд ли найдётся желающий просто так одолжить такую сумму малознакомому человеку. Заложить что-нибудь? Но что у меня есть такого ценного, кроме оружия?"

"— Приехали, воевода, — голос Безбородко вырвал меня из раздумий.

Я поднял взгляд и невольно присвистнул. Здание Имперского коммерческого банка представляло собой двадцатиэтажную башню из чёрного стекла и полированной стали. Фасад украшал огромный герб — двуглавый орёл с короной, в лапах которого вместо традиционных скипетра и державы красовались стилизованные монеты. У парадного входа дежурила охрана в строгих костюмах с едва заметными выпуклостями под пиджаками — явно вооружены.

— Жди здесь, — бросил я водителю, выходя из машины. — Постарайся не уснуть.

— Так точно, — усмехнулся Степан.

— Тут такие виды, что сон и не идёт, — поддакнул ему Гаврила.

Автоматические двери бесшумно разъехались передо мной, впуская в прохладное нутро банка. Мрамор, хрусталь, приглушённый свет дорогих светильников — всё здесь кричало о солидности и надёжности. И о том, что здесь не место воеводам из Пограничья, которым срочно нужны безумные суммы денег.

Но выбора у меня не было. Либо я найду эти проклятые пятьдесят семь тысяч, либо мои люди встретят Гон с пустыми магазинами.

В просторном лобби меня встретила девушка в строгом деловом костюме — явно секретарь или помощница. Она мило улыбнулась, оглядев мою не самую презентабельную для такого места одежду — простой тёмный костюм без особых изысков.

— Боярин Платонов? — уточнила она, сверившись с планшетом. — Ваше Благородие, Артём Николаевич вас ожидает. Прошу за мной.

Мы поднялись на лифте на двенадцатый этаж. Коридор здесь был обставлен с претензией на роскошь — картины в золочёных рамах, мягкие ковры, приглушённый свет создавал атмосферу солидности и достатка. У массивной двери девушка остановилась и постучала.

— Войдите! — раздалось изнутри.

Кабинет начальника отдела по работе со знатными клиентами оказался просторным, но без излишеств. Панорамное окно выходило на оживлённую магистраль, вдоль стен тянулись книжные шкафы с подшивками финансовых журналов и экономических трудов. За рабочим столом поднялся молодой мужчина лет тридцати — Артём Николаевич Стремянников собственной персоной.