Создал экспериментальное зелье, которое даёт примерно двадцать-тридцать процентов эффекта от полной трансформации, но без риска мутации. Эффект держится около суток.

— Это уже неплохо, — заметил я.

— Также есть многообещающие результаты с Костяницей, — продолжил алхимик. — Я пытаюсь увеличить длительность действия наших укрепляющих зелий. Вместо месяца эффект мог бы длиться до полугода с одной дозы. Но главная проблема остаётся нерешённой.

— Повышенный метаболизм? — догадался я.

— Именно, — кивнул Зарецкий. — Все эти улучшения требуют энергии. Много энергии.

Без её стабильного поступления начинается истощение. Я пытаюсь создать стабилизирующий компонент, но это сложнейшая задача.

Он виновато развёл руками:

— К тому же, я также начал работать над зельями для сельскохозяйственных работников — те, что мы обсуждали на собрании. Приходится рассеивать внимание, поэтому прогресс в исследовании улучшений несколько замедлился.

Я понимающе кивнул. Продовольственная безопасность Угрюма была не менее важна, чем военная подготовка. Бездушных невозможно победить голодными бойцами.

— Ты многое успел, Александр, — я положил руку ему на плечо. — И всё сделал правильно. Сельскохозяйственные зелья сейчас действительно приоритетны. Чтобы пережить Гон, нам нужно не только оружие, но и еда.

Молодой алхимик благодарно кивнул, явно обрадованный пониманием с моей стороны.

— Есть что-то, что тебе необходимо для ускорения работы? — спросил я. — Оборудование, реактивы, помощники?

Зарецкий на секунду задумался, прикусив губу, словно не решаясь озвучить просьбу:

— Вообще-то, да… Мне бы очень пригодилась помощь Анны Соболевой, — наконец выдавил он.

— На постоянной основе. Она хорошо показала себя на совещании, отлично разбираясь в Реликтах и их свойствах, а её опыт работы над стабилизацией нестабильных кристаллов Эссенции может оказаться бесценным для решения проблемы метаболизма.

Я усмехнулся, наблюдая лёгкий румянец на щеках алхимика:

— Попробую организовать это, — кивнул я. — Хотя вполне возможно, что Арсеньев тебя за это побьёт.

— Арсеньев? — недоуменно спросил Зарецкий, а затем его глаза расширились в понимании. — Ох… они… А я и не заметил.

— Именно поэтому из тебя получается лучший алхимик, чем дипломат, — я с трудом сдержал улыбку. — Насколько мне известно, Максим и Анна проводят вместе почти все вечера.

Зарецкий смущённо почесал затылок:

— Я был слишком погружён в исследования… Тогда, может, не стоит её отвлекать? Я справлюсь сам, просто потребуется больше времени.

Я покачал головой:

— Не волнуйся, мы найдём компромисс. Возможно, Анна сможет работать с тобой в дневное время, оставляя вечера для личной жизни.