И из сына вырастят громилу, бандита. Их Гриша завтра банк ограбит. А они ему похлопают, винтовку за это подарят, чтобы еще и нормальных людей отстреливал.

- Кто тут нормальный? - перед глазами Рита, ее изодранные в кровь руки, изможденное лицо. Не бьют того, кто уже упал, а Рита его уложила, и лишь это спасло греческого придурка от моих кулаков. - Эй, долго там еще? - позвал врача. - Вколи ему что-нибудь, пусть заткнется. Или операция не понадобится.

- Какого сына, не понял? - Роман остановился по центру гостиной и уставился на Ареса. - Чего я не знаю?

- Да дохрена чего ты не знаешь, - Арес ткнул окурком в пепельницу и поднялся.

- Роман, заканчиваем. С Лидией у нас не получается. С тобой тоже дела сворачиваем. Расходимся мирно.

- Никакого мирно не будет, Арес, - тот выпрямился. - Нельзя просто так кинуть меня и мою дочь.

- Роман, не связывайтесь, - советует Димитрий. - С этой троицей нельзя вести адекватный диалог, они привыкли к другим методам. Друг друга перебить готовы - безбашенные.

- Ясно, разбирайтесь тут, - отлип от окна и двинулся к выходу. Краем глаза заметил, что Тим поперся за мной.

Столкнулись с ним в распахнутых входных дверях, не пролезли вдвоем и остановились.

- Иди, - уступил и посмотрел на свою машину, запаркованную возле ворот.

- Ладно, давай первый, - он тоже посторонился.

- Тим.

- Ну чего?

Оба стоим на пороге.

Я больше не хочу никого делить, вечно сраться, усложнять жизнь братьям - мы уже доигрались, сегодня могли и Риту потерять, и Гришу.

И все из-за гребаного договора.

Зачем?

Я знаю, счастливым не стану, если при этом уничтожу их, мою кровь. Я просто хочу рядом с ней быть и буду, а как решат они - будь, что будет. Мы не дворовые псы, что кость делят и вовсе не головорезы, как убежден Димитрий.

Мы семья, и семьей остаемся, просто так вышло - каждого из нас занесло.

Очень сильно.

- Так и будем здесь торчать? - спросил брат. - Иди. Нормально все.

Пожал плечами и шагнул на крыльцо, по знакомой дорожке между деревьев двинулся к машине. Годами ходил здесь не задумываясь, а после годами вспоминал этот дом.

- Привет, - склонился к открытому окну.

Она сидит на заднем сиденье, у нее на коленях сопит Гриша. Она ласково перебирает его волосы, смотрит на меня.

Мои маленькие.

- В гостиницу? - спросил.

- На такси.

- А что так?

- Устала. Меня не арестуют?

- Хоть полгорода перестреляешь - никогда, - пообещал. - Мы виноваты. И все исправим. Клянусь.

- Я тоже виновата, - она откинулась на сиденье и прикрыла ресницы. Помолчала. - Мы с Гришей скоро уедем. К маме обратно.

- Как скажешь, - не спорю. - Вызываю такси?

Она кивнула, не открывая глаз.

Спать хочет, бедненькая моя. Натерпелась сегодня.

Достал телефон, включил приложение. Вызвал такси.

Поеду за ними. И сейчас в гостиницу, и потом в Грецию. И буду рядом.

И буду ждать.