- Я много времени не займу. Хочу только обсудить одно фото, сделанное прошлой ночью в таунхаусе Северского.

Прошлая ночь...

Закусила губу.

Таунхаус и Арес, бассейн, журналисты и я на пороге - это будто в другой жизни было, не со мной, все с ног на голову встало так быстро. Сейчас мой сын неизвестно где, за спиной лежит муж с простреленным бедром, мне нужно вызвать скорую и меня, наверное, арестуют...

И приперся какой-то Роман Емельянович и пристает с дурацкими фото.

- Уезжайте, уже поздно, - потребовала. - Если хотите что-то сказать - встретимся завтра утром.

- Не утром, - отрезал он.

- Маргарита, я вам не мальчик - бегать туда-сюда. И я прямо сейчас хочу обсудить ваши отношения с женихом моей дочери.

- Нет у нас никаких отношений!

- Открывайте. Я не уйду.

- Черт...

Оглянулась на Диму.

Что делать?

Нет времени, может, он умирает, пока отец Лидии торчит на крыльце со своими идиотскими выяснениями.

- Маргарита.

- Ребенок и муж спят, я сейчас выйду! - рявкнула и схватила с вешалки кардиган. Закуталась в него, пряча бурые пятна, что украшают белый костюм, сунула ноги в туфли. Повернула защелку, глубоко вдохнула и рванула на себя дверь.

- Здрасьте.

Тараном поперла на крыльцо и сразу закрыла дверь, не давая отцу Лидии заглянуть в дом. Спиной загородила вход и сложила на груди руки.

- Слушаю вас.

Он болтать не торопится, молча оглядывает меня, в удивлении изогнув густые брови. И я с ужасом представляю, что он видит - бледная, растрепанная, в засохшей крови.

- Что у вас случилось? - спросил он.

- Говорите, что хотели - и уходите.

У Романа вытянулось лицо - не привык, что ему отвечают в таком тоне. Он мрачно усмехнулся и кивнул мне за спину.

- Пройдем в дом.

- Не пройдем.

- Очень интересно, - протянул Роман и сунул руки в карманы брюк.

- Обычно люди предпочитают со мной дружить. Ссорятся только идиоты или бессмертные. Вы к какой категории относитесь?

- Вы хотели спросить про Ареса, - переступила с ноги на ногу, - Я никак не собираюсь мешать его свадьбе с вашей дочерью, - и это правда. Хватит. Ничего не выйдет. - Мы, вообще, с мужем и ребенком скоро улетаем обратно в Грецию, - вру. - Это вы хотели услышать?

- Примерно.

- У вас все?

Он внимательно меня изучает. Бегут секунды. Такие драгоценные. Я смело смотрю на него, не отвожу глаз.

И хочется плакать.

Безумие.

Куда нас все это завело? Если бы я только знала, чем все закончится - ни за что, ни ногой в этот проклятый город, да я бы лучше лоботомию сделала, чтобы стереть из памяти фамилию братьев, я больше не хочу ничего помнить, от этой любви одно лишь зло.

- Ладно...- начал Роман. И осекся, когда из дома раздался протяжный стон.

И следом за ним срывающийся голос моего мужа:

- Марго, стерва! Ты в меня все-таки выстрелила!

Глаза у Романа похожи на блюдца, узкие губы в изумлении приоткрылись.