Желание разрывает, пытается выбраться.

И я всхлипываю, ерзаю. Член мужчины все ещё во мне, и это раздражает. Заставляет сжиматься, в попытках получить желаемое. Всё тело напряжено, натянуто звенящей струной.

Но я получаю лишь поцелуй в затылок.

– Вот так, пташка. Ночь только начинается.

Ненавижу!

В эту секунду я ненавижу Хаджиева так сильно, как ненавидела все эти годы. Даже когда переезжала из города в город и бросала всех знакомых. Тогда это казалось игрой.

Шагом в нашей шахматной партии.

Но сейчас… У меня словно ломка. Тело подрагивает, горит. А касания мужчины… Это словно поманить желанным, а после забрать. Саид проводит пальцами по моим рукам, медленно выходит из меня.

А я переворачиваюсь на бок, сжимаю ноги. Стараюсь удержать возбуждение, которое сейчас огненными вспышками угасает внутри. Больно и неприятно.

И обидно.

– Я… - голос хрипит, но что-то нужно сказать. – Ты…

– Я и ты, пташка.

– Не насмехайся.

Огрызаюсь, а после пристыженно поджимаю губы. Саид может говорить мне всё, то захочет. У меня нет права затыкать его. Лишь приподнимаюсь, стягиваю с себя платье.

В нем жутко неудобно, да и неуместно уже. Его привезли в салон, ещё одна деталь подготовки. Я бы себе такое не выбрала. Конечно, красивое. И явно дорогое. Но слишком облегающее и откровенное, хоть и приличное.

Просто это я всё ищу способ спрятаться от взгляда мужчины. Его пристального внимания, от которого на затылке собираются мурашки. Тяну к себе одеяло, и Саид, к моему удивлению, не спорит.

Сам не прикрывается, но позволяет мне.

Поднимается с кровати, не стесняясь своей наготы. Находит бутылку воды, делает несколько жадных глотков. А я не могу оторваться от его тела. Крепкого. Именно мужского, какого-то… первобытного.

Мне кажется, что именно так выглядели воины в древности. Крупные, с идеальными точенными мышцами. Они перекатываются под кожей, напрягаются, когда мужчина разворачивается ко мне спиной.

– Продолжай, Ника. Ты пыталась что-то сказать.

– Да, - чувствую, как полыхают щеки от смущения. Почему-то говорить об интимном… Сложно и стыдно, словно о чем-то запретном. – Ты не использовал презерватив.

– В сделке мы его не обсуждали. Предпочитаю без него, кожа к коже.

– Но… Я не предохраняюсь.

– Тогда купишь таблетки, не вопрос. Есть же какие-то, будешь принимать. Проблема решена?

– Да. Нет. Не совсем.

Рассматриваю линии на мятых простынях, принципиально не поднимаю взгляда. Кажется, никогда не смогу говорить об этом, если буду видеть реакцию Саида.

– Я их никогда не принимала. Мне нужно с врачом проконсультироваться, наверное. Я не знаю, как это делается обычно. Но нельзя купить просто первые попавшиеся.

– Никогда?

– Никогда, - злюсь из-за того, что именно за это цепляется мужчина. – Я не… Не было необходимости.