— Как там было? Ночной гробокопатель ведь, да?

— Это ошибка, ты нас с кем-то путаешь! — заявил идиот, и попытался вырваться из пут. Да, связали их обычными веревками, и сильному Одаренному порвать их не составит труда. Если бы не паралич, разумеется.

Обратил внимание, что самый старый из них просто лежит расслабленным и улыбается.

— О, а ты даже не пытаешься строить из себя невинную овечку, — одобрительно кивнул.

— Ты и так всё знаешь, — пожал он плечами. — Скажи только, на чем я попался?

— На голубях, — усмехнулся, вспомнив, сколько пернатых засранцев было задействовано в операции. — Такой ответ устроит?"

"— Нет, но больше ведь ты всё равно не скажешь, — грустно вздохнул Иван, или как его прозвали в народе… Вот хоть убей, не помню. Но название еще более дебильное, чем у двух других. — Раз ты не стал сдавать нас в полицию, значит, такой же, как мы, — оскалился он. — Так что я готов выслушать твое предложение. Ты ведь за этим нас сюда привел? — в ответ я лишь рассмеялся. Какой наивный, однако, маньяк. — А, понял, — ухмыльнулся мужчина. — Хочешь нас мучить? Но от меня криков ты не услышишь. К смерти я готов, и вряд ли у тебя выйдет чем-то меня удивить.

— Поверь, удивлять я умею… — на моем лице появилась кровожадная ухмылка, после чего я взял его за горло и поднес к купели Лазаря.

* * *— Антох, мне что-то не по себе… — поежившись, проговорил один из гвардейцев, которые охраняли вход в подвал.

Правда, второй выглядел еще хуже. Бледный, глаза выпучены, а тело немного подрагивает. Виной всему жуткие крики, что последний час доносятся из подвала. Такого страшного воя бойцам еще слышать не доводилось, и потому сейчас они всей душой мечтали убежать, как можно дальше отсюда.

— Воевода! — хором воскликнули они, когда к ним пришел Черномор. — Там что-то странное происходит! Может, вмешаться надо? — снова послышались крики, от которых гвардейцам снова стало не по себе. — Вот, говорю же! — кивнул один из них в сторону двери.

— Не стоит, — старик положил руку ему на плечо. — Там работает сама карма. И поверьте, если бы вы знали, за что эти люди там находятся… — он прервался, чтобы послушать крики и улыбнулся, отчего гвардейцы отшатнулись от него. — Вы бы, как и я, хотели слышать эти крики, как можно дольше.

Старик не шутил. Если поначалу он думал, что граф переступает черту, то затем, стоило открыть личные дела каждого из этих маньяков… Даже закаленному в боях воеводе становится не по себе от того, чего творили эти нелюди.

* * *— Пум-пурум-пурум…

Сидел спокойно, стриг ногти, напевал песенку. И тут начали просыпаться старики. Сначала они закряхтели, словно вековые дубы, затем попытались встать. И, конечно же, ругались на всё, что их окружает, этого у них не отнять.