Тимур умело довел нас до разрядки в рекордные сроки. Я слышала, как он тяжело дышит, пребывая в нирване. Ни один из двух моих предыдущих мужчин никогда не доставлял мне таких ярких, хоть немного похожих на эти, ощущений, которые получала с ним. Хотя истинные чувства затмят неловкость любимого, это точно. Я знала это по первой любви, которая иссякла, так толком и не начавшись, в студенческую пору.

Тимур сел, я чуть отстранилась, пытаясь разглядеть в темноте его лицо, но кроме черного пятна с поблескивающими глазами ничего не видела.

Одержимость поутихла, в теле растекалась приятная нега. Как же мне хотелось оказаться у себя дома, в моей кровати. Лечь и забыться сном. Тимур осторожно гладил меня по волосам, от чего смазывалась горечь от его слов. Я ему не противна, просто не нужна. Мы просто не любим друг друга. Как все неправильно!

– Ларис, давай поговорим, – хриплый голос Тимура выдернул из сонного состояния, и я, как обычно, огрызнулась:

– Крис.

Надоело уже, что называет меня чужим некрасивым именем.

– Ты должна вытащить пули, пока раны не зажили.

Я отстранилась, в шоке ощупывая грудь и плечи Молотова.

– Что?! Ты ранен?

Как он с ранениями еще и сексом занимался? Мои пальцы увязли в чем-то липком и горячем на плече Тимура. Он не солгал, он был ранен! Нужно было срочно ему помочь, хотя даже не представляла чем. Я не врач, но видела, как в фильмах делают перевязку, да и пару раз сама себе делала, когда поранила ногу. И в таких условиях разве можно было что-то делать?

– А как мне их вытащить? Темно же. Я никогда не вытаскивала пули.

Это сложно?

Он ведь бандит, наверное, не первый раз получал ранения, раз так уверенно предлагает мне это сделать. У меня от страха руки задрожали. Он ранен и истекает кровью. А если он умрет прямо у меня на руках? Я не хочу этого.

– Я думал, ты откажешься, – тихий смех Тимура не скрывал его облегчения. Он что думал, я его брошу? – Нужно разрезать и пальцами подцепить. Подручных средств у меня нет.

Я думала, упаду в обморок, когда он это с такой легкостью произнес. Я – и резать живого человека?! Я должна была взять себя в руки.

Должна помочь ему. Он моя надежда на то, что я не умру в этой тайге, на то, что я вообще выберусь из этой передряги.

– А продезинфицировать? – робко уточнила, пытаясь хоть как-то отсрочить предстоящий ужас, хотя понимала, что никуда мне не деться. Он погибнет или от потери крови или от того, что я что-то неправильно сделаю!

– Так заживет.

Я минуту на него просто смотрела, переваривая информацию. Как это так заживет? Оно само не заживает.