Я настолько засматриваюсь на гостей, что не сразу улавливаю вопрос, адресованный деду:

– Ну что, Мурад Абдулхамидович, насколько я понимаю, скоро ещё одной свадьбе быть? – Отец невесты смотрит в упор на деда, который, в свою очередь, буравит взглядом Османа.

– Надеюсь, что да, – спокойно отвечает дед, переводя взгляд поверх меня.

Я чуть не давлюсь кофе, которым в данный момент запиваю сладости. В смысле да? Эй, придержите лошадей, господа хорошие! Какая свадьба?

– Османчик, надеюсь, свадьба здесь будет? – Бабушка Гуля вставляет свои пять копеек. – Все твои родственники здесь, за исключением лишь некоторых.

– В Москве, – звучит надо мной уверенно, и Осман слегка сжимает моё плечо.

Ох, Осман Дамирович, я же тебя покусаю, как только мы останемся наедине! Ты пожалеешь, что сейчас это произнёс, заранее не предупредив меня.

– А ты, Варя, где свадьбу хочешь? – И Сабина туда же.

– Как Осман решит, так и будет, – снова перекидываю стрелки на мужчину, стоящего позади меня. Пусть сам отдувается перед роднёй.

Всё это время Камилла сверлит меня взглядом, видимо, мысленно уже пару десятков раз меня сожгла, снова сожгла и пепел пустила по ветру.

Сейчас она находится в доме деда, но лишь на правах гостьи со стороны невесты, но уверена, желает отвечать на вопросы о свадьбе с Османом.

Да, милая, смотри и давись слюной! И пусть я с Османом не буду, я лишь фиктивная девушка, но и ты, предательница, его не получишь.

Время уже переваливает за шесть вечера, а гости только-только поднимаются, чтобы отправиться в ресторан. Фи то и дело бросает на меня косые взгляды. Я понимаю почему: наша фиктивная игра становилась жестокой по отношению к людям, которые нас окружают здесь, и в особенности к деду.

Как только мы оказываемся вдвоём в машине, я лишь открываю рот, но Осман успевает первым, приложив палец к моим губам:

– Варя, я ничего не говорил про свадьбу. Не озвучивал даже это слово. Ничего не планировал! Не обмолвился нигде и никому. Клянусь тебе.

– Тогда почему вся твоя родня считает, что это уже дело решёное? – практически кричу на него в бешенстве.

– Потому что им так хочется считать. Желаемое выдаётся за действительное. А дед подогревает предположения.

– Боже, – закрываю глаза и откидываюсь на спинку сидения, – как дожить до завтра? Никогда не думала, что лгать так противно и мерзко. Словно у меня на лбу красная неоновая бегущая строка – «врушка»!

– Не перегибай!

– Так, что ты сказал деду перед тем, как приехать? – перегибаюсь через подлокотник в машине ближе к Осману, впиваясь в него взглядом.

– Что встречаюсь с девушкой два месяца, русская, учительница, блондинка. Всё.

– Ты говорил, что хочешь жениться?

– Нет.