Мы синхронно киваем, совершенно не понимая, что происходит.

– Выйдем? – Дед указывает в сторону выхода на террасу и, покинув зал, плотно прикрывает дверь.

– Дед, что происходит? Ещё вчера ты еле дышал, – начинает Осман. – Нет, я безумно рад, что с тобой всё хорошо, но ты что, нас обманул?

– А-а-а-а, то есть вам можно обманывать всех и меня в том числе, – он тыкает в нас пальцем, прищурившись, – а мне нет?

Попались! Ой, мамочки! Что сейчас будет…

– Дед, ты о чём? – Осман решил держать оборону до последнего."

"– О вашем обмане, – чеканит дед. – Я всё понял сразу, поверь! Как только вы появились на пороге моего дома. А когда объявил об общей спальне, вы смотрели так, словно я вас обоих на войну отправляю. Но вы не отказались, хотя смотрели друг на друга равнодушно. Хотел разоблачить вас при всей родне, за ужином, но обратил внимание на жест Вари, которая остудила тебя одним прикосновением, и засомневался. А после конкурса на первой свадьбе, когда Варя отыскала тебя по запаху, и увиденного поцелуя в беседке, был совершенно озадачен. Сомнения в фиктивности почти развеялись, когда ночью того же дня, выйдя на террасу покурить трубку, случайно, – дед поднял палец, – повторюсь, случайно, услышал, как вы «выясняете отношения», если так можно сказать.

Ой, позорище!

Я даже закрываю глаза, так мне стыдно сейчас перед дедом. Он тогда всё слышал, а я была очень громкой и в стонах себя не сдерживала совершенно.

– Но после этой ночи всё изменилось. Вы стали смотреть друг на друга по-другому, во взглядах появились эмоции и нежность. Я всё видел, всё замечал, наблюдал за вами даже тогда, когда вам казалось, что никто не смотрит. А когда ты объявил, что вы остаётесь ещё на три дня, совсем озадачился, не понимая, что происходит. Вы ездили по гостям и родственникам, а посещение тёти Амине окончательно меня убедило – ты, Осман, влюбился. Ты показывал свою Куколку всем, не просто знакомил, будто говорил «она Моя».

Вот зачем, значит, всё это было. Вот почему он тогда всё время молчал, лишь наблюдая со стороны, как я общаюсь с его родственниками.

Он уже тогда осознал, что чувствует, понял, чего хочет. А я не видела ничего, даже не предполагая, что всё решено за меня, и выбор только один – Осман.

– Как тебе пришла в голову идея организовать свадьбу, дед? – Осман задает вопрос, который и меня очень интересует сейчас.

– Когда вы уезжали в Москву… – Дед запинается. – Вы бы глаза свои видели: не с нами прощались тогда, а друг с другом. Я надеялся, что сутки дороги помогут вам всё выяснить, осознать, принять желание быть вместе, но увы… В этот же день надавил на Фи, и она всё мне рассказала – от начала и до конца.

– Она тебе помогла? – Осман садится на диванчик и усаживает меня к себе на колени. Рассказ только начинался.

– Да.