Зато вот маслянистые разводы и ленивые пузыри на поверхности озера они видели отчётливо. Казалось бы, на идеальной водной поверхности ни с того ни с сего начинал набухать небольшой тягучий бугорок. Некогда абсолютно чистая вода, а нынче больше похожая на ядовитый кисель, она надувалась изнутри и достигнув десяти сантиметрового пузыря лопалась. Так вот солдат не удержался и вместе с рогатиной свалился в эту жидкую таблицу Менделеева. Но он пострадал не зря и всё-таки успел зацепить Иштар своей корягой. Плавно подтянув её к берегу, он вылез сам. Его и без того дырявая форма начала расползаться прямо на глазах под воздействием ядовитой зелёной воды. Под гимнастёркой показалась коричневая кожа, покрытая отвратительными струпьями.

— Тяжелая вода! Урод, сегодня будешь спать на улице! — офицер поднёс небольшую коробочку к неудачнику. Она недовольно затрещала, стрелка метнулась, вправо удивлённо ударившись об ограничитель. — Шайсе! Триста микрорентген в час! Тебе надо умыться, солдат! — За спиной второго солдата висел небольшой металлический ранец с гофрированным шлангом, оканчивающимся короткой трубкой с небольшим раструбом. Солдат направил на коллегу раструб и обдал его серой пеной с головы до сапог. Затем они сообща вытащили цилиндр с повисшими на нём остатками капсулы и задумчиво начали разглядывать его. Офицер поднёс счётчик Гейгера и тот нехотя взбрыкнул стрелкой показывая, что пена имеет незначительную радиацию.

— Вскрыть! — пролаял тонким голосом офицер и отошёл подальше на всякий случай. Солдаты достали штыки и начали аккуратно слоями снимать застывшую пену. В первую очередь они наткнулись на изящный сапожок, торчавший из пены. Дальше они уже действовали только руками отламывая кусок за куском, чтобы не повредить пленника пены.

— Там фрау, гер Дитрих! — пропищал солдат, принимавший недавно радиоактивную ванную.

— Фрау? — кожаный плащ подошёл ближе и протёр очки противогаза! — Удача, нам сопутствует удача! Свежая?

— Похоже, — кивнул солдат с ранцем за плечами. Они как раз закончили отколупывать затвердевшую пену от Иштар. Солдат провёл рукой по ноге начав от колена и закончил на внутренней стороне бедра. — Живая! Гер Дитрих! — Солдат радостно потряс мокрой рукой.

— Живая? Откуда. Здесь нет живых. Хотя если живая… это даже лучше!

— А она живая, — не согласился солдат. Тогда офицер быстро разорвал комбинезон на груди у Иштар и приложил ухо. Отчётливо услышав сердцебиение, он похотливо провёл рукой в перчатке по внушительной белоснежной груди.

— Фрау! — глотая слюну он затравленно посмотрел по сторонам. — Моя!

— Наша, гер Дитрих, — напомнил солдат играя штыком.

— Ваша, ваша, только после меня.