На вкус зелье было… холодным, отдающим ментолом и, к его удивлению, достаточно приятным. На этом его размышления прервались - грянул первый приступ.

Гарри упал на спину, все тело скрутило от боли, и он закричал от так неожиданно обрушившейся на него агонии. На секунду он испугался, что сделал что-то не так, но потом вспомнил, что в книге описывались такие же последствия. Что ж, его предупреждали.

Сквозь стиснутые зубы вырвался приглушенный крик, и Гарри запустил пальцы в волосы, безжалостно дергая себя за темные пряди, словно желая вырвать их.

Мерлин, какой же он идиот! И как, скажите, это можно выносить на протяжении двенадцати часов? Да еще снова и снова, на протяжении двух проклятых месяцев.

Поттер почувствовал, как намокли от слез щеки, а тело заходится в новом ужасающем приступе. Если придется терпеть это целых двенадцать часов - к утру он не сможет встать с постели.

«Гарри».

Он продолжал кричать.

«Гарри… иди ко мне. Сюда…

избавься от этой боли… здесь… со мной».

Через охвативший его разум огонь Поттер едва расслышал слова. А поняв их смысл, тут же попытался выровнять дыхание, но это у него, конечно же, не вышло.

Тогда он просто позволил инстинктам вести себя, и уже через минуту стоял посередине серого пространства.

Боль неожиданно отступила, и Гарри с наслаждением хватал ртом воздух. Осмотревшись, он увидел силуэт, который, судя по окаменевшим плечам, был напряжен.

«Гарри, тебе лучше?»

Поттер кивнул и быстрым шагом направился в сторону своего друга, и тот, раскинув руки, сразу притянул подошедшего к нему Гарри в объятия. Тепло.

Он обнял своего компаньона в ответ, обхватывая его руками за талию, так Гарри чувствовал себя завершенным.

Его дыхание медленно выровнялось.

_ _

На следующее утро Гарри «проснулся» уставшим, с ноющим повсюду телом. Все эти двенадцать часов он провел в своем подсознании, боясь заснуть и проснуться потом в своем теле от ужасающей боли.

Поттер встал с кушетки с дикой слабостью и шатающейся походкой двинулся вперед. Горло пересохло и нещадно саднило от долгих криков. Он медленно пересек комнату и подошел к огромному зеркалу. Прошептав очищающее заклинание и махнув рукой, он наблюдал, как медленно испаряется с зеркальной поверхности пятидесятилетний слой пыли, а потом приступил к осмотру.

Из-за просторной рубашки изменений почти не было видно, поэтому Гарри стянул её и отбросил в сторону.

Первое, что бросилось в глаза - желтовато-зеленые синяки, покрывающие весь его торс. Казалось, им, по меньшей мере, неделя, хотя появились они только несколько часов назад.

В книге говорилось, что кровоподтеки должны сойти к концу дня.

Внимательно продолжив осмотр, Гарри подметил некоторые существенные изменения уже сейчас и довольно ухмыльнулся.