Не хочет — может не идти!

Но только кое-кто очень хочет. И идёт. И даже за стол в уютном небольшом помещении, пропитанном запахом соуса, печёных помидоров и зелени, усаживается.

— Приятного аппетита — пожелал щуплый молодой официант и поставил на стол наши вкусняшки. Я сразу на ""Экзотику"" набросилась, девчонки за классической пиццей потянулись, ну а Дан со страхом на пустую тарелку посматривал.

— Ешь уже — аккуратно кусочек своей любимой пиццы ему в тарелку положила. Чего такой несмелый? Тут уже, как говорит мой папа: или сам ешь, или другим аппетит не порти.

На экране огромной плазмы, висящей на противоположной стене, начали ""Простоквашино"" новое показывать, и всё внимание сестёр туда переключилось.

— Даже не думай, что сможешь избежать разговора, — воспользовался ситуацией Астров. И твёрдо добавил, — мы поговорим!

— Фроловой своей командуй! — злит прям, глаза ему хочется выцарапать. Превратил меня из спокойной прилежной студентки во взбалмошную истеричку, и радуется.

— Так ты получается всё-таки из-за той ситуации уехала? — брови вскинул. Ещё вид делает, что не догадался, предатель.

— Больно надо! У меня общага на ремонт закрылась — гордо подбородок вздёрнула.

— Так у меня могла бы пожить — как ни в чём не бывало, выдал.

— Втроём?!

Дан соком поперхнулся и на меня строго посмотрел.

— Если ты Снежану имеешь в виду, — продолжил, когда прокашлялся, — то с ней я давно расстался. И ты об этом знаешь.

Последняя фраза с таким укором прозвучала, аж не по себе стало.

— Она тебя бросила!

— Допустим, но я давно забыл эту девушку. Да, она приехала, и меня угораздило согласиться с ней пообедать. Из вежливости.

Надо же, как складно заливает, и душа моя влюблённая ему верить хочет. Но разум на своём настаивает.

— А где была твоя вежливость, когда я на работу устроилась? Когда ты меня травил ежедневно, а? — на одном дыхании высказала всё, что держала в себе несколько месяцев.

Астров резко сник, брови к переносице свёл и глаза уставил в одну точку. Думает. Пусть, ему полезно. Не одной мне бесконечными размышлениями мозг напрягать, некоторым тоже полезно над своим поведением подумать.

Глава 30.

— Кать, ну послушай, — поймал за руку Астров, когда вышла из такси возле дома.

— Ну что мне сделать, чтобы ты меня простила? — пронзительный взгляд карамельных глаз проникает в самую душу, выворачивая наизнанку все скрытые чувства. Немного стыдно от того, что сама же мучаю любимого, не верю ему, жду каких-то нереальных доказательств.

— Не знаю, — выдыхаю и взгляд отвожу. От этих переглядываний в голове полный бардак, сосредоточиться невозможно.