А теперь, когда дело сделано, хочешь подневольного человека карать? А ну брысь!

Бандиты вышли наружу и быстро шмыгнули в Казанский переулок. Там прыгнули в поджидавшую их пролетку и умчались в сторону Нахичевани.

Ночью Авцын сообщил атаману, что новенький не дал наказать упрямого продавца. Цецохо выслушал равнодушно и спросил:

— Ну и что ты хочешь сказать?

— Неправильно это.

— Что неправильно? Грек свою персону выше твоей ставит?

Есаул кивнул:

— Раньше было не так. Ты вспомни, сколь мы вместе пережили! Дисциплинарный батальон, суд, каторгу… А тут этот, явился не запылился.

И давай командовать. Кем, мною? Он кто такой для этого?! А ты, Прокоп, тоже стал другой. Новым фреям потакаешь, а старых товарищей предал.

— Дурак ты, Герасим. Мы в пивной лавке взяли сто сорок шесть рублей. Не больно густо, согласись. И ты хотел из-за такой малости человека зарезать? Чтобы все сыскные на нас набросились? Серега прав был, что тебя остановил.

— Не зарезать, не зарезать я хотел! — закричал Авцын. — А только палец отхватить. Нечего кукиши казать! Мы вентерюшники али кто? Всякая скотина нам перечить будет?

— Значит, так, — сердито прервал подчиненного атаман.

 — С этого дня есаул не ты, а Серега Сапер. Теперь пошел прочь, надоел.

В общей комнате Цецохо объявил о своем решении остальным стодесятникам.

— Новенький себя показал. Чукавый [48], смелый, нам такого не хватало. А ежели мы на Ростов пойдем…

Разжалованный Авцын сидел молча, всем видом выказывая обиду. Греки Добудогло и Папаяниди, наоборот, радовались — свой возвысился. Армяне приняли новость положительно. Достоинства новичка были столь очевидны, что и спорить не о чем…

— Значит, все усвоили? Теперь слушай про новое дело.

Серега, доложи.

Азвестопуло разложил на столе план Ростова, вырванный из адрес-календаря.

— Вот угол Пушкинской и Доломановского переулка. Тут ломбард, лучший в городе. Хозяева — подставные фигуры, на самом деле владеют им «цари». Закладов тысяч на тридцать, не меньше."

"Все ахнули и подвинулись ближе к плану. Свежеиспеченный есаул продолжил:

— Внутри два человека охраны и четверо служащих. Караульщики вооружены браунингами. Плюс у старшего оценщика под прилавком обрез. Поэтому брать пойдем все вместе, и еще людей не хватит.

Мкртчич, ваш город армянский. Найдешь трех боевитых молодцов?

Тер-Якопянц принял важный вид:

— Армяне все смельчаки!

— Всех не надо, надо трех.

— Найду.

— Делать, как я скажу. До стрельбы лучше не доводить: деньги любят тишину.

— А ежели охранники спохватятся? — обиженным голосом спросил отставной есаул. — Браунинги, обрез… Шлепнуть — и дело с концом.

— Еще раз такое ляпнешь, на гранд не возьму и долю не получишь, — отрезал Азвестопуло. — Из-за тридцати тысяч бессрочную тянуть? Нет, ломбард только примерка.