Тот охнул, но рук не убрал. Тогда Блажков крепко схватил его за запястья. А Петр взял за горло и стал душить…

Лыков растерялся. Помогать ростовцам? Однако те справлялись без него. Он тоже хотел ухватить вырывавшегося бандита. Но Яков Николаевич процедил сквозь зубы:

— Не надо.

Через минуту все было кончено. Сыщики нависли над Царевым. Питерец спросил:

— А мне чего не дали?

— Наша грязь, нам и убирать, — отрезал Блажков.

— Да, вам в Петербурге хватит, — поддакнул его любимчик. — А дома мы уж сами.

Главный преступник Ростова выглядел страшно: лицо посинело, язык вывалился наружу.

— Тьфу! — сплюнул на пол коллежский регистратор. — Такой город испоганил, тварь.

Тут снаружи послышались шаги.

— Это Лонись-Лонской! Разошлись по углам, — скомандовал Лыков.

Сыщики не успели сделать и шагу — за дверью грохнуло. Мешая друг другу, они бросились в коридор. На площадке бился в конвульсиях человек с простреленной головой, а над ним стоял Азвестопуло с дымящимся маузером в руке. Лицо у «демона» было жуткое…

— Что случилось, Сережа? — крикнул коллежский советник. — Ты не ранен?

— А? Что?

Грек поднял глаза, обвел всех невидящим взглядом. Потом наконец заговорил:

— Он догадался, пришлось бить его со спины.

— Лонись-Лонской?

— Да. Мы вошли, а дворников нет. Поднялись сюда, и опять никого. Тут Филипп все понял, медлить было нельзя.

— Да черт с ним! — рявкнул Блажков. — Нашел из-за чего переживать. Тащи его в комнату.

Азвестопуло с Англиченковым занесли труп «ивана» внутрь и бросили возле Царева.

В полной тишине сыщики стояли и смотрели на дело своих рук. Настроение у всех было поганое. Наконец Лыков сказал:

— Дрянь занятие, но надо его закончить. Яков, Петр, вы ступайте. Караульщики не должны вас видеть.

Ростовцы удалились, не говоря ни слова. Питерцы выждали немного и высунулись в коридор. Охранника там уже не было, он сбежал.

— Пойдем тех освободим.

Сыщики спустились вниз. Пленные пришли в себя и ногами пытались выбить дверь чулана. Лыков отодвинул засов:

— Смирно, блошиное семя!

Вентерюшники отскочили к стене, на лицах отразился ужас. Алексей Николаевич снял с них наручники и скомандовал:

— Брысь! Чтобы я вас больше не видел никогда.

Еще через минуту Лыков с Азвестопуло вышли на улицу. Было тихо, только где-то свистел паровоз.

— Надо драпать, — озабоченно напомнил титулярный советник.

— Да, Сережа, идем, — согласился шеф. — Хочу напиться. Жалко, водка у Блажкова в шкафу; где мы сейчас другую найдем?

Глава 18

Эндшпиль

Ростов ахнул и притих. Придушили последнего из Царевых, и непонятно было, кто это сделал. Полиция провела обыск и обнаружила в доме рассованные по тайникам двести тысяч рублей. Убийцы не взяли ни копейки. Может, их спугнули? Не удалось найти никого из охраны.